Древний обет

Он считает меня никчёмной иждивенкой, обидно, я ведь тоже забочусь о семье, а ему плевать, совершенно не ценит мои труды, эх.

Второй на кухню зашла его супруга. Обожаю эту женщину, эффектная, жизнерадостная, с длинными, светлыми волосами, много раз я зарывалась в них носом, купаясь в запахе и мягкости. Роскошная женщина этого не отнять. Обожаю её.

– С добрым утром Ксюша, – поприветствовала меня моя любимица.

Вместо ответа я подбежала и прижалась к её мягкому, телу, она же, наклонившись, поцеловала меня в макушку, а запах её пышных волос ударил в ноздри своим великолепным ароматом.

Мне нравится, когда блондиночка так делает. Это женщина умеет дарить ласки так, чтобы мне было приятно, у неё очень нежная кожа, я и сама в долгу не остаюсь. В былые времена мы могли часами проводить на кровати лаская друг друга, утопая в нежности и любви. Женщины хорошо понимают любимых. Вот только её муж порой вмешивался в процесс, периодически нам, мешая, ревнует наверно, как и сейчас.

– Ой вы посмотрите, расцеловались не позавтракав, заняться им нечем, – грубо бросил хозяин квартиры.

Мы оторвались друг от друга. Ну, вечно он так всё портит, бука злюка, вёл бы себя нормально и ему бы сделала приятно, сам не знает от чего отказывается.

– Милый прекрати бубнить как маленький.

– Завтрак готовь, большая, – сказал он, притянув жену к себе и поцеловав в губы.

Глава семьи порой грубоват с женой, но на самом деле любит эту красавицу, за неё порвёт любого, потому его уважаю и многое прощаю, а так бы давно настучала по морде.

УУУУУУУУУУУУ

Оглушительный, раздирающий уши рёв на всю квартиру вывел меня из идиллических мыслей. Блин я совсем забыла об угрозе!

Повернула голову в сторону коридора, чтобы увидеть, как туда вбегает чудовище, от которого нет спасения. Увидев меня, оно снова издало рёв и рвануло вперёд, своим слоновьим топотом сотрясая квартиру. Мои зрачки расширились от ужаса, бежать уже поздно, эх замечталась дура и проворонила угрозу, ну чем я думала??!!!

Чудовище грубо подхватило меня словно пушинку и начало душить в своих объятиях лишая последних крох кислорода.

Я лишь безвольно повисло в этой страшной хватке, не имея возможности сопротивляться, а оно стало таскать меня по кухне выкручивая уши.

– Милый, может прекратим это ну жалко же? – просительно произнесла супруга.

– Ничего страшного не умрёт, пусть хоть так свой хлеб отработает, а у нас будет час покоя.