Мужские игры

 – Как забабахают, и сами смеются. И чему?

– Все. Забрасываю глупые шутки на антресоль истории, – Макс категорически сбросил с себя неуместное ерничество, обратившись в элегантного, строгого нравом мужчину. – Просто подскажите, как нам пройти в Университет миллионов.

На этот раз девушки задумались всерьез:

– Что-то вроде слышала. А где это?

– М-да, пласты сдвинулись, – огорчился Максим. – Старые приколы просто-таки вышли в тираж.

– Так это вы опять хохмите? – поморщилась сердитая смуглянка, в то время как более снисходительная подруга присматривалась к рослому незнакомцу, оценивая изящно сидящее на нем длинное, бьющее по дорогой обуви пальто, и выглядывающий из-под рукава «Роллекс».

– Пытаюсь, – признался Максим. Удрученно шмыгнул. – Не очень, да?

Теперь он обращался к снисходительной девчушке.

Та подтверждающе сморщила носик.

– Вот ведь какая незадача, девчата. Вот коловращение. Я живу на другой половине земного шара. В Соединенных Штатах. Во Флориде, – усилил он впечатление.

Подруги переглянулись.

– Ну что, в самом деле, Марьянк? Только приехал человек, и хочет познакомиться с герлз, – сообразила девушка в шапочке. – Нормально хочет. Старается, как умеет.

– Очень хочу, – умоляюще подтвердил Максим.

– И кого же из нас? – подмигнула подруге бойкая Марьяна.

– Обеих, – не задержался с ответом ухажер.

Забелин отошел в сторону, усевшись на промороженную витую скамейку, возле которой сгрудилось несколько оживленных старушек. Они подставляли морщинистые лица ветерку, жадно пытаясь уловить запах весны. Соскучившись за долгие морозные месяцы друг по другу, энергично делились накопившимися новостями, не выказывая главную переполнявшую каждую из них радость – пережита еще одна зима.

Вопреки опасениям Забелина, скандала не случилось. Пошушукавшись еще пару минут, троица рассталась, и слегка смущенный Максим вернулся к поджидавшему приятелю.

– Видал? Что ни говори, а старые кадры не ржавеют, – он победно потряс клочком бумаги с записанными телефонами. – Хотя не скрою – трудно нам, советским сердцеедам, стало. Девичьи сердца покрылись зеленой броней.

И так как с лица Забелина не сходила глумливая улыбочка, рассердился:

– Ну, чего расселся? Чего время тянешь? Все ему к бабам приставать! Ничего святого.