Проклятие рода Лёвеншёльдов

Наверняка с собой унес.

– Сейчас погляжу… – Борд пошарил рукой в могиле и удивленно поднял голову: – Глянь-ка… лесенка на месте. Совсем спятили. О чем люди думают, ума не приложу.

– Растяпы, – согласилась жена. – Но знаешь что? Разницы нет, даже и с лестницей… Тот, в гробу, так просто свое не отдаст.

– Это, конечно, да… и я так думаю. Только давай-ка для спокойствия лестницу уберем.

– Лучше ничего не трогать, – возразила жена. – Могильщик утром придет, сразу увидит: кто-то тут был.

Они растерянно вглядывались в черный зев могилы.

– Да… лестницу лучше оставить, – медленно произнес Борд Бордссон после долгой паузы. – Только бы знать, что генерал сам с ворами управится.

– Спустись и проверь, что у него за власть.

Борд точно ждал этих слов. Не успел он нащупать ногой каменный пол склепа, услышал, как заскрипела лестница, и через минуту жена стояла рядом с ним.

– Ага… и ты здесь, – только и сказал он.

– Испугалась. Тебе тут небось жутко с генералом, а мне там одной-то еще жутче.

– Не так уж он страшен. Ты небось думала: у-у-у-у… высунулась из гроба костлявая ручища – и конец мне.

– Нет… – Жена перекрестилась. – Похоже, он нам зла не желает. Знает, что мы не за перстнем его пришли. А вот если начнем гроб открывать, тогда другое дело.

Борд Бордссон вздрогнул, провел рукой по крышке гроба и почти сразу наткнулся на большой шуруп с головкой в виде креста.

– Будто специально для грабителей сделано… – проворчал он и начал откручивать шуруп.

– Ой! – шепотом крикнула жена. – Там что-то шевелится!

– Ничего там не шевелится… Тихо, как в могиле.

– А где же? В могиле и есть… не думает же он, что мы собираемся украсть его любимое кольцо… А вот если крышку поднимешь, тогда не знаю, чего и ждать.

– Подниму, если поможешь, – буркнул Борд.

Они подняли крышку. Тут уже было не до разговоров. Борд стянул перстень с полуразложившегося пальца. Рука генерала с глухим стуком упала на дно гроба. Они торопливо положили крышку на гроб, выскользнули из склепа и бросились бежать, взявшись за руки, как дети, пока не перелезли через кладбищенскую ограду.

– Он, наверное, сам того хотел, – сказала жена. – Сообразил, должно быть, негоже мертвецу прятать такое сокровище. Вот и отдал добровольно.