Агент таурель-класса

Помимо трёх мёртвых ракхаши, у ещё одного исполина кора побледнела, высохла и пустила первые глубокие трещины. Гнилая опухоль захватила дерево.

Было физически больно смотреть на умирающий ракхаши. Это как набить рот стеклом и старательно его пережёвывать, зная, что рано или поздно слюны скопится столько, что придётся сглотнуть.

– Духи Предков! За что? Просто скажите за что вы меня наказываете?!

Пустынный ветер тревожно подул в спину, жарким шершавым языком облизывал кожу и навязчивым шёпотом уговаривал ступить на белый ковёр песка, в эту обманчиво спокойную и мёртвую долину.

Не обращая внимания на ветер, я разрезал ладони, приложил их к бугристой терракотовой коре и попытался воззвать к Духам Предков. Духи не отозвались. Ни в первый раз, ни во второй, ни в третий… Я сбился со счёта, в который раз они меня игнорировали.

– Проклятье! Как я могу понять, что вы хотите, если вы не отвечаете?!

Отчаяние на миг захлестнуло удушающей позорной петлёй, и я ударил ладонью о ствол ракхаши, размазывая сочащуюся густую багровую жидкость, но вновь ничего не произошло.

Конечно, можно было бы привести доблестных воинов стаи и попытаться достучаться… Но нет никаких гарантий успеха. У соседних кланов – Золотых Львов[5 - Галактион Грешх-ан, ректор Юнисского филиала Академии Космического Флота, а также его племянники Грегори и Гавриил из книг «Пограничный филиал» и «Хранители Федерации», относятся к клану Золотых Львов.] и Лавового Дождя[6 - Ларчанка, которая задумала соблазнить Даррена Нуаре в «Агент сигма-класса.

Больше, чем адъютант», была принцессой клана Лавового Дождя.] – не получилось и этого, а в случае проведения древнего ритуала все ларки сразу поймут, что ситуация уже давно вышла из-под контроля. Сейчас воины уверены, что в случае беды я могу их защитить… Вождь не имеет права лишать их этой уверенности. Жизнь в страхе – это не жизнь, а её бледное подобие. Я обязан понять, чем мы прогневили Духов Предков, что они покинули нас!

Я запрокинул голову, рассматривая набухшие бутоны ракхаши.

Хоть бы в этом году образовалась завязь. Духи Предков, дайте хотя бы эту малость!

Горячий ветер глумливо потеребил дентайер, прозрачно намекая на моё бессилие, а затем и вовсе бросил горсть раскалённого песка в лицо и прошептал: «Время».

Я оглянулся. Сухие Пески – как всегда белые, словно перемолотые кости, молчаливые и опасные – раскинулись от границы Вечного Леса и до горизонта, а там, вдали, краснела узкая полоска солнца над дюнами. Ветер прав.