Агент бета-класса

 – А если всю эту кашу заварил сам Лукас, то бьюсь об заклад, ещё какого-нибудь актёра нанял, чтобы тот сыграл роль ненаглядного племянничка и таким образом максимально его обезопасил. Цварги помешаны на детях.

– Тут написано, что Амеди тридцать девять, да и фото… – Я сделала паузу, пытаясь найти ещё какие-нибудь фотографии де Суаза-младшего в инфосети. Везде он был обрезан по пояс, но даже этих данных мне хватило, чтобы понять: такого завалить в одиночку в рукопашке я не смогу.

– П-ф-ф-ф. – Олли фыркнула. – Ты не суди ни по возрасту, ни по внешности.

У цваргов всё набекрень, какие-то психологические тесты на зрелость личности и прочее. Некоторые их них и в пятьдесят сущие дети.

Я присмотрелась к случайной голографии, выложенной в социальную сеть за два дня до похищения Амеди. Программку по поиску лиц на изображениях мне любезно установила Оливия. Не то чтобы я кого-то выслеживала, но любой агент в душе немного параноик, а любой параноик всегда поймёт параноика.

Аккаунт принадлежал какому-то подростку, который фотографировался на фоне улицы, а на заднем плене как раз был запечатлён заходящий в банк Адеми де Суаз – деловой костюм-тройка, чёрный кейс для бумаг в правой руке и очень широкий шаг.

Хвоста не было видно из-за длинного плаща. Голография оказалась сделанной по последней моде, когда записывались и автоматически повторялись в ускоренном режиме две или три секунды реального времени. За эти секунды было видно, как двигается цварг. Уверенно, чётко, почти хищно.

Как полевой агент я знала, что порой важно не то, как выглядит гуманоид внешне или во что одет, а то, как он ведёт себя.

Порой короткий резкий жест или, наоборот, чересчур замедленная реакция могут сказать о характере незнакомца больше, чем тщательно собранное резюме.

– Матёрый, – пробормотала я, разглядывая Амеди де Суаза.

– Да-да, хорош, стервец, – внезапно выдохнула Олли, незаметно перебравшись мне за спину.

– Думаешь, актёр? – уточнила я.

Что-то цепляло в этом мужчине, но что именно – сказать не могла.

– Если и актёр, то профи. – Подруга пожала плечами. – Он же цварга из себя изображает, а для этого надо виртуозно владеть эмоциями. Там чуть что не так подумаешь, так всё. – Она скорчила недовольное лицо и спародировала какого-то знакомого, запищав противным голоском: – Дамочка, от вас пованивает раздражением, как из мусорного ведра. Вы не могли бы думать потише или отойти во-о-он туда в сторонку?

Я рассмеялась, но Оливия лишь сильнее скривилась.