Агент алеф-класса

Ирония заключалась в том, что Джордано Джулли, самый известный на Миттарии косметолог, в личных отношениях предпочитал мужчин.

– Вот поживёшь с моё и сама поймёшь, что импланты и инъекции ботокса – вещи жизненно необходимые для любой уважающей себя женщины, – на полном серьёзе провозгласила Элеонора.

Мамуля любила поучать меня, а я во время ее нотаций, как правило, грустила о том, насколько мы разные. Пределом моих мечтаний было хотя бы месяц походить со своим настоящим лицом, а не накачанным ботоксом и прочей дрянью.

– … Ты меня вообще слышишь? – донёсся голос родительницы.

– Да-да, ма… Элен. Слышу. Ты с какой-то целью звонишь или просто так?

– Ну, конечно, хочу узнать, как ты! – тут же возмутилась Эленора и, противореча самой себе, вновь понизила голос. – Слушай, Ксан, тут такое дело… ты же помнишь мою подругу Лирис?

Машинально кивнула в ответ. Как не помнить! Верная наперсница Элен на мой пятнадцатый день рождения подарила мне презервативы, сопроводив презент словами: «Чтоб у тебя не получилось так, как у твоей мамки».

Спохватилась, что меня не видно, и произнесла вслух:

– Да-да, конечно, помню.

– В общем… – Элен замялась. – Лирис на днях родила. Мальчика.

Повисло долгое молчание. Мама просто смотрела на меня, в её глазах не было ни печали, ни волнения, лишь светилась надежда на то, что помогу в очередной раз. Что ж, все понятно.

– Когда капсулу отправляете? – спросила, сжав зубы.

Родительница тут же оживилась.

– Послезавтра утром.

– Хорошо. Подготовлю необходимые бумаги для космопорта от имени Аппарата Управления Эльтона и скажу, что это дипломатическая капсула с особо ценным грузом, досмотру не подлежит. Никто не узнает, что у Лирис вообще был сын.

– Ой, спасибо, Ксаночка, ты у меня такая умничка, такая…

Элен ликовала, но я прервала её бурную радость:

– Не для Лирис это делаю, а для её сына. Малыш ни в чем не виноват и не заслужил наказания в виде такой матери.

Красивое лицо Элеоноры вытянулось от искреннего непонимания и удивления, но прежде чем женщина успела еще что-то добавить, связь оборвалась и проекция потухла.

Ещё несколько долгих минут сидела на краю кровати, с силой сжимая кулаки и ненавидящим взглядом прожигая браслет коммуникатора. Мамочка так и не перезвонила. Что ж, попросила о помощи, добилась моего согласия, а больше ей от меня ничего не было нужно.