Снежная королева и демон с ангельским терпением

Если это так, то как я умудряюсь шевелить руками? Или же боль настолько сильная, что я ее больше не чувствую?

Но шатенка невозмутимо оплела мои руки блаженной прохладой, и ожоги с завидной скоростью начали исчезать. Затем она что-то прошептала, из-за чего наручники полыхнули фиолетовым огнем. Он не обжигал, а будто гладил кожу.

– Я не могу уничтожить печати, но могу ослабить их воздействие на тебя, – прокомментировала магистр. – Боль останется, но последствий в виде ожогов не будет. Хорошо?

– Уж лучше так, чем постоянно бегать в медпункт, – я справлюсь.

Людмила Максимовна тепло улыбнулась мне и посоветовала:

– Пой "Катюшу", – я недоуменно посмотрела на нее (как и Висаар).

– "Катюшу"? Военную песню?

– Да. Ты так зациклилась на нотах и магии, что не услышала знакомую мелодию.

Я хихикнула. Потом еще раз. И еще. А затем прижала ладони ко рту, пытаясь сдержать нервный смех. По щекам невольно покатились слезинки.

Катюша! Кто бы мог подумать!

Вот только я не переставала глухо и истерично смеяться (видимо, стресс и боль дали о себе знать).

– Расцветали яблони и груши, – сквозь слезы и смех, я начала тихо петь, – поплыли туманы над рекой. Выходила на берег Катюша, на высокий берег на крутой. Выходила на берег Катюша, на высокий берег на крутой…

– Выходила, песню заводила про степного, сизого орла, – подключилась преподавательница, и дальше мы пели вместе: – про того, которого любила, про того, чьи письма берегла.

Мы несколько раз повторяли знакомую всем с детства песню, смеялись (а я еще и плакала), пока Висаар непонимающе смотрел на нас, чуть ли не крутя когтем у пушистого виска. В один момент, широко улыбаясь, ведьма тоже начала плакать, смотря вверх. Ее слезы были похлеще моих, а в глазах плескалась боль. Интересно, что произошло с ней, раз она так плачет?

– А вы почему плачете? – смеясь и утирая соленые слезы, спросила я:

– Да так, – она махнула рукой и еще шире улыбнулась, – войну вспомнила.

– Войну? – удивилась я.

– Ага. Я прошла войну… – слезы снова брызнули из карих глаз. – Я победила. Мы победили. Но какой ценой…

Мы еще долго тихо смеялись, как сумасшедшие. Каждый думал о своем, каждый прокручивал свои больные воспоминания в голове, но объединяло нас одно. "Катюша", которую мы продолжали напевать до боли в горле.

Глава 10.