Бытие на фоне событий. Полюбить врага

– Друзья мои, – проговорил низкорослый тщедушный Ульторий мягким голоском, – оставьте в покое нашего дорогого Марсия. Он ведь у нас – убежденный демократ и аскет. За это его и обожает свободный народ Эротполиса.

Диктатор искоса бросил на Марсия исполненный ненависти взгляд глубоко посаженных маленьких бесцветных глаз.

– Друзья, прошу проследовать в столовую, – пригласил Марсий. – Надеюсь, вас порадует мое скромное угощение. Возляжем за пиршественным столом и за кубком вина забудем обо всех наших разногласиях.

Вспомним лучше о былых битвах, в которых мы сражались плечом к плечу.

– Мы – товарищи по оружию, – поддержал его Ульторий Авторитарий. – И навсегда останемся братьями!

Он первым занял одно из лож, стоявших вкруг уставленного яствами стола. Остальные расположились на других местах.

– Где же, Марсий, твой обещанный сюрприз? – спросил кто-то из гостей.

– Сейчас увидите. Эй, рабыня, сюда!

– Рабыня?! – воскликнул Лупус и от удивления присвистнул. – Вот это новость! В доме Марсия завелась рабыня! Должно быть, красотка с пышной грудью и округлыми бедрами, как все эти аристократочки.

А я-то думал, что тебе твои убеждения не позволяют владеть рабами. Полагал, даже это жаркое из ягненка под виноградным соусом ты приготовил сам. Так, стало быть, и до тебя наконец-то дошло, как следует поступать с нашими врагами.

– Приготовил ужин, разумеется, сам, – чуть смутился Марсий. – Но все же…

– Однако твоя служанка, кажется, не спешит тебя слушаться, – заметила Пандория и хмыкнула.

 – Или она уже успела сбежать?

– Рабыня, поспеши, – повторил Марсий, стараясь сохранять спокойствие.

Ответа не последовало. По столовой пробежал легкий смешок.

Марсий подошел к двери и еще громче позвал рабыню. Теперь он вызвал уже не скрываемый смех гостей.

Затем хозяин принялся обегать все помещения своего дома: атриум, библиотеку, заглянул в вестибюль, в кухню, во все спальни и за все занавеси. Предчувствовавшие забавное зрелище гости следовали за ним, перебрасываясь шутками.

Наконец, Марсию пришло в голову заглянуть еще и в винный погреб. Там, собственно, и открылось ожидаемое зрелище. А, вернее, открылась такая картина, которой никто не мог и вообразить.

Из множества больших и малых амфор с дорогими старыми винами значительная часть была опорожнена и опрокинута. В неровном свете факела взглядам вошедших предстала восседавшая прямо на голом каменном полу абсолютно нагая Агния Афродитская.