Бытие на фоне событий – 2. Испорченный властью

Всю дорогу загадочная дама почти не разговаривала с Софией Пифагоровной. Однако новая хозяйка обращалась с барышней-математиком с должным уважением, как и подобает обращаться с профессором университета. Так же вели себя и другие люди, сопровождавшие их в машине и встречавшие затем в большом роскошном доме.

Очнулась София Пифагоровна и начала осознавать свое новое положение чуть позже. Она вдруг обнаружила себя сидящей внутри клетки среди двух корзин с георгинами. Ученая дама знала, что в такие клетки принято помещать живые подарки, преподнося их к праздникам.

София Пифагоровна осталась одна в темноте и напряженном ожидании неизвестно чего. Она не знала, сколько часов провела в этой тесной клетке.

Вдруг дверь в комнату резко распахнулась. В дверном проеме в полоске ударившего в глаза света стоял парнишка лет восемнадцати-девятнадцати в бейсболке, надетой задом наперед, и порезанных джинсах.

– Вау! Рабыня! – восторженно закричал он, увидав клетку с подарком.

София Пифагоровна содрогнулась.

3. Рабыня-подарок

Ник уже месяц жил в предвкушении подарка. Какой окажется его рабыня? Длинноногой блондинкой? Пышногрудой брюнеткой? Рыженькой очаровашкой?

Он влетел в комнату, где находился сюрприз. Но после первых секунд эйфории вдруг остановился, как вкопанный, перед подарочной клеткой. Недоуменно взглянул на вошедшего и включившего свет дворецкого.

– Что это за очкастое чучело?

– Это София Пифагоровна Ураньева, доктор физико-математических наук, профессор, – дал четкие пояснения дворецкий.

– Агния! – вскричал взбешенный Ник и бросился к двери.

– Не трудитесь, Доминик Плутонарович, отыскать сейчас вашу матушку, – все так же невозмутимо остановил его на полпути дворецкий. – Мадам Агния уехала к подруге мадемуазель Милене.

– Понятно, – вздохнул Ник, – объяснений ждать не придется. Вечеринка у Милены затянется, как всегда, до утра.

Меж тем дворецкий извлек подарок мачехи из клетки.

– Да, она же уродина! – продолжал возмущаться Ник, бесцеремонно ощупывая со всех сторон Софию Пифагоровну, по-хозяйски просовывая руку рабыне за пазуху и под подол. – Плоская, как доска! Ни сисек, ни задницы! Уберите это чучело с глаз моих! – Новоиспеченный рабовладелец пренебрежительно оттолкнул разочаровавший его живой подарок.