Путь аргоси

Когда мы вернёмся домой, к своим семьям, будет считаться, что все эти деяния мы совершили, будучи не собой, а солдатами, действующими от имени своего народа.

Я медленно и глубоко дышала, пытаясь хоть немного унять тошноту.

– Как же тебя зовут на самом деле?

Пчёлы в ушах задрожали от смеха.

– И что ты будешь делать с моим именем, медек? Отдашь его демону, чтобы он явился ко мне во сне?

– Я видела много жутких вещей, – безмолвно ответила я ему, – но лишь один раз действительно встретила настоящего демона.

Хочешь увидеть его лицо?

Я представила Сокола – его худощавую фигуру и широкие плечи. Лицо, настолько идеально вылепленное, словно скульптор сделал из лучшего мрамора воплощение героизма.

– Ты насмехаешься надо мной? – теперь в жужжании слышалось недовольство.

Тогда я вообразила его лицо ещё чётче. Волевую челюсть, строгий лоб. Взгляд говорил о долге и чести, но в глубине глаз плескалась тревога из-за того, что он сотворил…

– Довольно. Ты оскорбляешь меня, медекская девчонка.

– Я показываю, как выглядит настоящий демон, Сокол. Это не Мет-астис. Не просто мерзкий старик, не способный даже разглядеть зло в своих поступках. Это красивый парень, полный надежд и возвышенных идеалов, который убивает целые семьи. Убивает детей. И говорит себе, что этого требует война… хотя она кончилась триста лет назад. Ты чудовище, Сокол. Не я. Не мой народ. Ты.

– Посмотри на себя, медек.

Внезапно он ошарашил меня видением, вытащенным из моих собственных воспоминаний, – о том, как неделю назад я смотрела на своё отражение в луже.

Но тогда я бросила на себя лишь мимолётный взгляд, а сейчас он заставил меня увидеть всё с потрясающей чёткостью.

– Почему ты так живёшь? Только посмотри на грязь, которую ты ешь. Я бы лучше умер, чем стал таким как ты!

– Я тоже, – ответила я.

Теперь в голосе Сокола почти что слышалось сочувствие. Он сказал:

– Тогда утопись. Или подойди к краю пропасти и прыгни вниз.

Дальше будет только хуже. Сигилы, которые я начертил, оказались даже сильнее, чем думал Мет-астис, и впереди ещё больше страданий. Избавь себя от них. Я… не планировал причинить тебе вред таким образом.

Я бы рассмеялась, если б мне не было так худо. И я не знала, сколько ещё продлится эта связь между нами, прежде чем она меня убьёт. Сокол, видимо, тоже это понимал, поскольку через секунду связь прервалась.

Меня стошнило в последний раз.