Путь аргоси

Словно наложил заклятие шёлка, чтобы прочитать мои мысли и ответить на невысказанный вопрос.

– Я, – ответила я.

Глупо. Нужно было сочинить речь. Или, например, выучить стихотворение. Или ещё что-нибудь в таком роде. Слова, которые вы произносите в подобные моменты, должны быть значимыми. Важными. Вроде тех, какие изрекал сэр Джервас, когда был благодушен и доволен собой. Но мне ничего не приходило в голову. Мет-астис не вызывал у меня никаких чувств. Он просто съёжился на своей койке – невзрачный человечек без рубашки, с бинтами на животе, там, где остался кусок клинка сэра Розариты.

По лбу струился пот, и это успокоило меня. Он слишком возбуждён из-за своих ран, чтобы использовать заклинания. Мет-астис часто моргал, и у него дрожали губы. Когда он поднял руку – что ввергло бы меня в панику несколько часов назад, – я едва вздрогнула. Он был беспомощен и напуган. И испугался ещё больше, увидев у меня обломок шпаги.

– Я Мет-астис из Дома Мет, – прохрипел он.

– Ты это уже говорил, – напомнила я ему.

Но он продолжал. Может, не слышал меня из-за лихорадки?..

– Невозможно! Меня не убьёт жалкий и грязный медекский ребёнок!

Кажется, он тоже не заготовил подходящую речь на подобный случай. Я ухмыльнулась, и Мет-астис это заметил.

– Ты насмехаешься над лорд-магом?

Я оглядела его пещеру в поисках зеркала. Мне хотелось, чтобы он увидел, как глупо выглядит со своими напыщенными речами и ничтожным видом. В тот миг я была уверена: нет зрелища более жалкого, чем могущественный человек, у которого отняли силу.

Но ещё я чувствовала, что лорд Джервас стоит рядом, прямо позади меня, положив свою большую ладонь мне на плечо.

«Нет чести в том, чтобы убить поверженного врага».

Я стряхнула его воображаемую руку – и призрачную руку сэра Розариты тоже.

В каком-то смысле я стояла на пороге. Пока что я была ребёнком – перепуганным, но невинным. Перешагнув порог, я сделаюсь убийцей – и останусь им на всю жизнь.

Мне очень хотелось перешагнуть этот порог.

Я сделала три больших шага, чуть согнув колени, – как мне показывала Розарита.

Так движется фехтовальщик, чтобы преодолеть дистанцию, не потеряв равновесия. Подойдя, я встала рядом с Мет-астисом. Он съёжился.

Он съёжился передо мной.

– Не бойся, – сказала я, поднимая шпагу над головой.

Сломанное лезвие было нацелено на бинты. Под ними другой кусок того же клинка уже проделал большую часть работы, пока я оставалась просто девчонкой-медеком.

– Я рыцарь.