Убийца королевы

Всегда есть какой-нибудь граф Такой-то или барон Сякой-то, которые считают, что править полагалось бы им, а не сопливой девчонке с претензиями на принадлежность к некому мистическому реинкарнирующемуся роду. Поэтому имелся шанс – маленький шансик, но хоть какой-то, – что Элита Забана не врал, и, если я убью королеву, некая часть двора перехватит власть, прежде чем два маршала за моей спиной воткнут клинки мне в затылок. В конце концов, я мог быть ассасином, которому заплатил парень, собирающийся занять трон.

Итак, в лучшем случае выдвигается некто, испытывающий ко мне легкую благодарность за то, что я избавил его от конкурента.

Харрекс снова меня ударил – не сильно, просто чтобы напомнить мне, что я всё ещё тут.

– Её величество задала тебе вопрос, изгой. Отвечай.

Я потряс головой, пытаясь вспомнить, о чём она говорила.

– Простите, ваше величество, я отвлёкся.

В комнате снова засмеялись.

– Я спросила, почему вы сделали то, что сделали, господин Келлен, – сказала королева.

– Вытер кровь флагом?

Я посмотрел на пятна на своей потрёпанной путешествиями одежде.

– Я не хотел испачкать свою лучшую рубашку. Они дорогие, знаете ли.

– Я говорю о человеке, которого вы убили.

Высокая наставница с каштановыми волосами шагнула из-за трона.

– Ваше величество, у вас сегодня много уроков. Вы должны быстро покончить с этим делом.

По всем общепринятым меркам наставница казалась красивой женщиной, пока я не заметил, с каким выражением лица она на меня смотрит.

– У меня всё ещё есть вопросы к господину Келлену, – слегка нерешительно ответила королева.

Мужчина повыше наставницы, чьи редеющие седые волосы противоречили его телосложению солдата, положил руку на спинку трона.

– Ваше величество знает, что если нам приходится задерживаться, уроки обычно становятся более… трудными.

На его лице играла искренняя улыбка.

Королева быстро взглянула мне в глаза. Это было странное, инстинктивное движение, как будто она надеялась на поддержку. «Эй, не смотри на меня, девочка. Мне плевать, насколько трудными они делают твои уроки арифметики».

Она взяла себя в руки.

– Тем не менее, наставник Кореш, таков мой королевский долг и прерогатива – позаботиться, чтобы смертный приговор соответствовал преступлениям обвиняемого.