Механическая птица

Какая бы там кучка магов ни внедряла в людей своих обсидиановых червяков, этим ребятам не нравится, что мы болтаемся тут и уничтожаем плоды их трудов.

Вот и еще одна опасность. Сама мысль об обсидиановых червях внушала мне отвращение. Это были своего рода магические паразиты. Помещенный в глаз человека, такой червь позволял магу контролировать жертву на расстоянии. Мы с Фериус и Рейчисом провели последние полгода, выслеживая учеников известной Академии, которые, сами того не зная, мало-помалу превращались в шпионов, замышляющих что-то против собственных семей.

Или хуже того – в убийц.

– И когда мы успели подвизаться спасать мир от обсидиановых червей? – спросил я, сдвигая шляпу на затылок и утирая лоб рукавом.

Хотя воздух был сухим, я отчаянно потел. Черная шляпа, которая была мне чересчур велика, не слишком спасала ситуацию. Эту шляпу я забрал у моего коллеги – меткого мага по имени Дексан Видерис – в качестве компенсации за то, что он пытался меня убить. Он уверял, что серебряные иероглифы на ней помешают другим магам выследить меня.

Но – как и все прочее, что говорил Дексан, – это, похоже, было враньем.

– Не мы подвизались, а я, – ответила Фериус. – Все предельно просто. Аргоси должны бороться с напастями, из-за которых страдают простые люди. Кучка придурков джен-теп убивают членов вляительных семей по всему континенту. Это может кончиться войной. Поэтому ситуация требует, чтобы я в нее вмешалась.

Внезапный порыв ветра сорвал с головы мою немагическую шляпу.

Я ринулся было за ней, но тут же плюнул на это дело. Глупости никогда не доводят до добра.

– Было бы очень мило, если б кто-нибудь предложил помощь. А то все только и делают, что пытаются нас убить, – буркнул я.

Фериус стремительным движением поднялась на ноги и оглядела пустыню.

– Да, сейчас все выглядит не очень-то здо?рово.

Я обернулся, пытаясь понять, о чем это она, и увидел в отдалении стену песка футов сто высотой, несущуюся по воздуху.

– Эй, теперь тут у нас будет песчаная буря? – пробурчал Рейчис.

Он встряхнулся, и его шерсть изменила цвет. Обычно темно-коричневая с черными полосами, сейчас она стала серовато-бежевой, похожей на приближающееся облако песка и пыли. Теперь белкокот вполне мог слиться с пейзажем, став незаметным, – если б того пожелал. Очевидно, именно так он и собирался сделать, если дела пойдут совсем плохо. Белкокоты не сентиментальны.

Облако приближалось, и я размышлял, какая смерть предпочтительнее.