Чёрная Тень

Три замысловатых иероглифа сияли ярко-красным светом вдоль латунного цилиндра. В следующее мгновение дверь распахнулась и солнечный свет залил закладную лавку. Какой-то силуэт ворвался внутрь и повалил меня на пол, внезапно нарушив наш план по ограблению, который, если подумать, не помешало бы заранее получше продумать.

Проведя четыре месяца в приграничных землях, я пришел к одному-единственному выводу: изгой из меня получился скверный. Я ни черта не умею охотиться, теряюсь, куда бы ни пошел, и у каждого, кто встречался мне на пути, находилась веская причина попытаться меня ограбить или убить.

А иногда убить и ограбить сразу.

2

Путь кулака

Получить по лицу куда больнее, чем кажется.

Когда чьи-то костяшки соприкасаются с вашей челюстью, кажется, что четыре крохотных стенобитных тарана пытаются ее расплющить. Ваши зубы, маленькие предатели, прикусывают вам язык, и рот наполняется ржавым вкусом крови. А треск, который вы слышите? Вы всегда думали, что кости ломаются именно с таким звуком, и, наверное, именно поэтому голова резко поворачивается, чтобы угнаться за подбородком, пока он не удрал с места преступления.

Знаете, что хуже всего? Как только ноги вновь обретают равновесие, а глаза открываются, вы вспоминаете, что недоброжелатель, который избивает вас до потери сознания, – тощий парнишка в конопушках, которому наверняка не больше тринадцати.

– Нечего было тырить мой амулет, – пробубнил Конопатый. Он двинулся на меня, отчего я инстинктивно отшатнулся назад, поскольку мое тело, видимо, решило, что лучше позорно рухнуть мешком на пол, чем рисковать и снова нарваться на его кулак.

Откуда-то послышался смех – толпа горожан, вывалившихся из своих лавчонок и салунов, собралась поглазеть на драку и билась об заклад, кто победит. На меня не ставил никто; может, я и был родом из племени лучших магов на континенте, но, как оказывается, в рукопашной мы никуда не годимся.

– Я заплатил тебе за этот амулет, – настаивал я. – А кроме того, я положил его обратно в витрину! Так что незачем…

Конопатый указал большим пальцем на качающуюся вывеску закладной лавки, туда, где угнездился Рейчис, радостно изучая серебряный колокольчик, прицепленный к амулету.

Каждый раз, когда Конопатый бил меня, Рейчис звонил в колокольчик. Белкокоты – такие шутники, подобные выходки для них смешнее некуда.

– Думаешь, я всю ночь вскрывал замок, чтобы ты просто вернул амулет?

– Чертов вор! – крикнул я Рейчису.