Чёрная Тень

Если органы повреждены… нет, пока не будем думать о плохом. Если к утру она придет в сознание, у нас появится надежда. А теперь разведем костер?

Я рванулся к ним, кинул оставшиеся дрова в тлеющие угли и положил сверху немного трута. Костер разгорелся не сразу, и я подбросил в него щепотку черного порошка, а затем жмень красного, и все вспыхнуло. За считаные секунды пламя стало разгораться.

– Хорошо, – сказала она, опустив Фериус на землю рядом с костром. – А теперь не мог бы ты оказать мне еще одну услугу?

– Какую? – спросил я.

Она ткнула пальцем мне за спину.

– Будь так любезен, попроси своего… кхм… делового партнера, чтобы он перестал выполнять свой странный ритуал над моим пленником, в чем бы смысл этого ритуала ни состоял.

Я обернулся и увидел, что Рейчис сидит на груди мага шелка, одной лапой приподнял старику веко, а второй пытается выковырять глазное яблоко.

– Ну же, давай, давай…

– Рейчис, перестань!

Белкокот повернулся и угрожающе заворчал.

– Издеваешься? Эти голокожие нас едва не прикончили.

– Что он говорит? – спросила аргоси.

– Он… напоминает мне, что оба мага, без сознания они там или нет, скоро прибавят нам проблем.

– А он прав, – она вздохнула и поднялась на ноги. – Последи за Ромаш… извини, для тебя она, наверно, Фериус, так?

– А для вас она кто?

– Я знаю ее как идущую по пути Полевых Ромашек.

– Дурацкое имя, – проворчал Рейчис, все еще не спуская глаз с мага шелка.

Аргоси подошла к белкокоту, потом опустилась на четвереньки, так что ее лицо оказалось на одном уровне с лицом мага.

– Оставь их мне, воин с вершин деревьев. Я сделаю то, что должна сделать.

Рейчис зарычал и прошелся взад-вперед, потом снова принюхался к ней. Я не знаю, что он высматривал, но маленькое чудовище обожает комплименты.

– Воин с вершин деревьев, мне это нравится.

Он спрыгнул с груди мага шелка и устремился в темноту.

– Пойду убью кролика-другого, – сообщил он мне. – Именно так поступают воины с вершин деревьев.

Когда он исчез, аргоси полезла в складки своей одежды. Я думал, что она достанет нож, и почти уже собрался возразить. В бою Фериус делала то, что должна была делать, но я никогда не видел, чтобы она убивала беззащитных. С другой стороны, я не был уверен, что целиком и полностью согласен с такой позицией. О предки, белкокот, кажется, сделал меня кровожадным.