Посылка

К огромной радости соседских ребятишек, которые раньше, в теплые летние дни, любили устраивать бега через их сад: через открытую калитку, против часовой стрелки по узкой гравийной дорожке мимо грядки с овощами, потом резко налево вокруг веранды, снова налево вдоль стены под окном кабинета, а затем через слегка заросший палисадник обратно на улицу, где победитель должен был постучать по старому газовому фонарю и крикнуть: «Первый!»

Раньше.

В прежние времена.

До Парикмахера.

Сегодня деревянный штакетник заменили серо-зеленым металлическим забором, который якобы не смогут подкопать даже дикие кабаны, хотя кабанов Эмма боялась в последнюю очередь.

Ее лучшая подруга Сильвия думала, что она невообразимо боится мужчину, который в ту ночь в отеле совершил с ней ужасное, – но Сильвия ошибалась. Конечно, Эмма боялась, что психопат вернется и продолжит с того места, где остановился.

Но еще больше, чем его, она боялась саму себя.

Будучи психиатром, Эмма представляла себе симптомы сильной паранойи.

Как ни странно, она получила ученую степень кандидата наук именно в этой области, помимо псевдологии, то есть патологической лживости, что было одной из ее специальностей. Она уже работала со многими пациентами, которые терялись в своих галлюцинациях. И знала, как они закончили.

Но что еще хуже: она знала, как у них все начиналось.

Как у нее.

С пронзительным, резким звоном в ушах Эмма поплелась к входной двери вместе с Самсоном, которого дверной колокольчик вырвал из полудремы.

Ей казалось, что она никогда не доберется до цели.

Сердце Эммы билось так, как будто она пробежала марафон. А ноги топтались на месте.

Визит? В такое время? Именно сейчас, когда Филипп уже ушел?

Самсон тыкался ей под колени, словно пытаясь подбодрить и сказать: «Давай же, это не так сложно».

Он не рычал и не скалил зубы, что обычно делал, если за дверью стоял чужой.

Значит, опасность ей не угрожает.

Или все-таки угрожает?

Больше всего Эмме хотелось расплакаться прямо здесь, в прихожей.

Плакать – ее любимое занятие в последнее время. Вот уже 158 дней 12 часов и 14 минут.

С тех пор как у нее новая стрижка.

Она ощупала голову надо лбом, где начинаются волосы. Чтобы определить, насколько они уже отросли. Сегодня она проверяла всего раз двадцать. За этот час.

Эмма подошла к тяжелой дубовой двери и отдернула занавеску на маленьком, размером с тарелку, окошке, которое было встроено в дверное полотно на уровне головы.