Майнбласт. В бездне тьмы. Часть первая. Двуличие

– Мы что, пить собрались!? – она вне себя, но возражает это очень неубедительно. Прыгает на стуле от злости, но ничего поделать не может, руки скрестились на груди, а уголки губ подрагивают в попытке сдержать улыбку.

– А чего нет? Давно ж не виделись, твою мать! – восклицает Олаф. Карвер молча сидит, его не покидает мысль о наёмниках, жаждущих заполучить свои кровавые деньги. Странное чувство нападает на разум Стрелка. Тревога проникает в его сердце. В некотором роде, того сражает необъяснимое отчаяние. Взор его меркнет.

Опустив взгляд, растворяется в этих мыслях. Он понимает, что скоро должно произойти что-то ужасное. Ему словно голос в голове подсказывает о приближающихся неведомых ранее муках. Что-то в этой бездне шепчет о расплате за кровавые деяния.

– Слушайте, мать вашу! А в городе вы ничего подозрительного не заметили? – сомневается Олаф. Убийца поднимает взгляд и отбрасывает все мысли, ведь он сейчас здесь, в таверне, да ещё и с единственными своими друзьями в этом жестоком холодном мире.

– Патруль, если только. Возможно, опять бандитов пропустил этот алкаш у ворот, – буркает девушка.

– За тобой, твою мать, охота, Карвер. Как бы тебе не нарваться на них здесь, – глазами пробежался по залу. – Мы, если что, всегда с тобой! – Кислый хлопает друга по плечу.

– Мать твою! – встретившись взглядами, два друга взрываются смехом, потому что Карвер одновременно произнёс фразу Олафа.

Проходит время за обсуждением. Друзья кушают и пьют пиво, каждый рассказывает смешные истории, обсуждают нынешнюю ситуацию в городе.

Карвер рассказывает о глупых наёмниках, не умеющих стрелять. Двое излагают свои цели и будущие планы. Проходит несколько часов.

– Карвер! Сука! – в бар врывается мужик. С недобрыми намерениями держит в руках старый грязный пистолет, скорее всего, украденный у местных солдат. – Ты убил моего сына, ублюдок! – слёзы бегут по лицу агрессора. – В дороге! – закусывает губу. Он не очень тепло одет, расстегнут, кажется, собирался в спешке.

– Твой сын? – ровным тоном отвечает явно нетрезвому мужчине.

– Оружие брось! Чудовище! – размахивая свободной дланью и пистолетом, палец того дрожит у спускового крючка, поэтому тот может стрельнут в совершенно случайный момент. – Я неясно выражаюсь? А, тварь? – вокруг все только поднимают головы от своей хмельности. – Быстро, падла! – Карвер кидает меч на землю. – И пистолет! – снимает кобуру с пояса, тоже кидает на пол. Мужчина стоит в дверях и не двигается, только дрожит.