Зов из могилы

Он потрепал Монка по плечу.

– Успокойся, Джером. Все в порядке.

Убийца продолжал пристально смотреть на Уэйнрайта. Его плечи и предплечья были массивные, словно под курткой там подложили шары для боулинга. Темные глаза впились в Уэйнрайта.

– Назови свое имя.

Тут уж вмешался Терри, который до этого с тревогой следил за развитием событий:

– Это тебя не касается.

– Отчего же. Если он желает знать, с кем имеет дело, я охотно ему сообщу. – Уэйнрайт выпрямился в полный рост и смело посмотрел преступнику в лицо – Я профессор Леонард Уэйнрайт.

Назначен эксгумировать тела молодых женщин, которых ты убил. Надеюсь, ты покажешь, куда их зарыл.

Рот Монка еще сильнее скривился в усмешке.

– Профессор… вот оно что. – Он помолчал, будто обдумывая полученную информацию, а затем неожиданно уставился на меня. – А ты кто?

– Дэвид Хантер.

– Хантер[1 - От hunter (англ.) – охотник. – Здесь и далее примеч. пер.]? – удивился Монк. – Какая у тебя подходящая фамилия.

– У тебя, Монк[2 - От monk (англ.) – монах.

], не хуже, – ответил я.

Монк будто закашлялся, и только секунду спустя я сообразил, что он смеется.

– Остроумно, ничего не скажешь.

Подобного замечания от него не ожидал никто. А он сосредоточил внимание на Софи. Но Терри его остановил.

– Все, знакомства закончились. – Он сделал знак охранникам вести его вперед. – Пошли, мы зря теряем время.

– Ты слышал, что тебе сказали, смехач? – Кряжистый бородатый охранник попытался подтолкнуть Монка. С таким же успехом он мог бы попытаться толкнуть каменное изваяние.

Преступник повернул голову и уставился на него.

– Не смей меня толкать. Я сам пойду, когда захочу.

Атмосфера накалилась. Я видел, как грудь Монка вздымается и опускается, в углах рта образовались пузырьки слюны. Сквозь кордон полицейских к Терри протиснулся человек.

– Я Клайд Доббз, адвокат мистера Монка. Мой клиент согласился добровольно сотрудничать. Полагаю, насилия к нему применять не требуется.

У адвоката был тонкий гнусавый голос, скучный и вкрадчивый.

Ему было за пятьдесят, редкие седоватые волосы, невыразительные черты лица. Он был в непромокаемой куртке и высоких резиновых сапогах. Дипломат в его руке выглядел совершенно неуместно. Я гадал, действительно ли в нем находятся какие-то нужные ему в данный момент бумаги или он носит его по привычке.

– Никто ни к кому не применяет насилия, – буркнул Терри, кивнул бородатому охраннику, и тот неохотно отпустил руку Монка.

– Спасибо, – сказал адвокат.