Там, где дым

Мисс Уиллоуби обеими руками оперлась на палку – верный знак, что беседа будет долгой, – но прежде чем успела вымолвить хоть слово, звякнула кошачья дверца. С улицы в холл проникла серая тень.

Полосатый кот мяукнул, потерся о ноги Кейт и направился прямиком в квартиру мисс Уиллоуби.

– Нет, Дугал, не ходи туда. – Кейт подхватила кота на руки. Тот заерзал, пытаясь освободиться. – Лучше я его заберу. Если он к вам проберется, мы его не выгоним, – добавила она, ухватившись за возможность сбежать.

– Да ничего страшного, – безмятежно улыбнулась мисс Уиллоуби. – Не буду вас задерживать. Вы, должно быть, оба проголодались.

Старушка попрощалась и ушла к себе, а Кейт наконец поднялась в свою квартиру. В ее двери тоже был кошачий лаз, но Дугал не видел смысла им пользоваться, если хозяйка и так готова его впустить. Кот с мяуканьем метнулся на кухню, Кейт двинулась следом. Ей было неловко, что она так невежливо отделалась от соседки. Девушка со вздохом сняла жакет, почувствовала слабый запах дыма, поморщилась.

Иррациональность импульса, побудившего ее сохранить эту вещицу, пугала. Кейт вынула варежку из кармана, решительно направилась к мусорному ведру, нажала педаль. Крышка открылась, выпустив наружу сладковатый запах гнили. Кейт не смогла заставить себя выкинуть варежку в мусор, к яичной скорлупе и картофельным очисткам.

Кейт со вздохом облегчения распустила волосы. На телефонном аппарате горела лампочка автоответчика, однако звонивший не оставил сообщения. Сняв туфли, девушка босиком вошла в гостиную. Как и во всей квартире, стены там были выкрашены в белый цвет – отчасти оттого, что Кейт нравилась простота, а отчасти оттого, что окна выходили на теневую сторону.

Комната была обставлена в стиле «модерн», без украшений и изысков; единственное исключение – старый деревянный сундук, служивший кофейным столиком. На стене висела купленная на выставке абстрактная картина – яркое пятно на белом фоне. Зимой квартира выглядела уютнее: долгими темными вечерами Кейт задергивала шторы и зажигала светильники.