Увековечено костями

Йен слышал, они обращались к вам «доктор». На острове кого-то тяжело ранили?

– Нет, насколько мне известно.

Мой ответ только подогрел ее любопытство.

– Так зачем доктор едет на Руну в сопровождении полиции?

– Лучше спросите у сержанта Фрейзера.

Она сморщилась.

– Ну уж нет.

– Вы знакомы?

– Вроде того. – Она не стала вдаваться в подробности.

– И чем вы занимаетесь в Сторноуэе? – спросил я.

– О… Я писательница. Работаю над романом. Меня, кстати, зовут Мэгги Кэссиди.

– Дэвид Хантер.

Она сделала явное усилие, чтобы запомнить имя. Некоторое время мы молчали и смотрели, как остров все четче прорисовывается сквозь сумерки: из воды поднимались серые клифы с зеленоватой шапкой. На их фоне виднелась природная башня из черного камня, высеченная волнами.

– Вон там, – сказала Мэгги. – Бухта прямо за Стэк-Росс, большой скалой. Третья по высоте в Шотландии. На Руне таких много. Претензии на славу третьего сорта. – Она отпустила перила. – Приятно было познакомиться, Дэвид.

Может, еще увидимся.

Кэссиди направилась обратно в капитанскую рубку, к Кинроссу с сыном. На сей раз она шагала по палубе заметно увереннее.

Я продолжил рассматривать приближающийся остров. За Стэк-Росс клифы опускались в маленькую бухту. Начало темнеть, но я разглядел разбросанные там дома – крошечный аванпост поселения в пустынном океане.

Сзади послышался резкий свист, пробившийся сквозь шум мотора и завывание ветра. Повернувшись, я увидел, что Кинросс сердито машет мне рукой:

– Иди в каюту!

Мне не надо было повторять дважды.

Море стало еще свирепее: волны разбивались о высокие обрывы, изрезавшие бухту. Теперь лодку не просто качало, а бросало по спирали: водные массивы сталкивались, накрывая палубу одеялом из капель.

Хватаясь за поручень, я добрался до перегретой каюты. В обществе Дункана и побледневшего Фрейзера стал ждать, пока паром зайдет в бухту, борясь с ударами волн. Через окно было видно, как они разбиваются о бетонную пристань, порождая белые облака брызг.

Пришвартовались с третьей попытки, паром трясло от усилий мотора удержать нас на месте.

Мы вышли из каюты и с трудом пошли по качающейся палубе. От ветра было не скрыться, но он казался чудотворно свежим, с чистым соленым привкусом. Над головой с криками кружили чайки. Люди на берегу суетились, завязывали тросы. Несмотря на множество скал, бухта была открыта неумолимой стихии.