Исчезнувшие

Иона поднял руку, чтобы снова пощупать швы на голове, но потом ему расхотелось это делать.

– А с ногой у меня что?

– Да, я собиралась об этом сказать. – Врач поджала губы и посмотрела на забинтованную ногу. – Там сильные повреждения. Коленную чашечку… В общем, у вас множественные переломы со смещением костных фрагментов. Плюс разрывы сухожилий и связок. Есть и хорошая новость: первая операция прошла успешно.

Иона пристально поглядел на ногу.

– Первая? Вы хотите сказать, что предстоят еще?

– Об этом вам лучше спросить у хирурга-ортопеда.

Варианты. Реабилитация. Эти слова вроде бы никогда раньше к нему не относились.

– А долго ждать, прежде чем я смогу вернуться на службу?

Врач улыбнулась. Профессиональной улыбкой, преследующей цель уйти от прямого ответа.

– Думаю, вам какое-то время не следует об этом беспокоиться.

Если она хотела обнадежить пациента, то эффект получился обратным.

– Мне нужно сообщить о случившемся…

– Не сомневаюсь, и здесь находится инспектор уголовной полиции, который желает с вами побеседовать. Однако это может подождать до завтра.

– Мне бы не хотелось ждать. – Ионе не терпелось заполнить пробелы двух минувших дней и выяснить, что же, черт подери, произошло в пакгаузе.

Улыбка врача сделалась надменной.

– Инспектору тоже. Прошу прощения, но решаю здесь я.

Ионе хотелось с ней поспорить. Его просто распирало от вопросов о Гевине, о девушке и других жертвах, о неизвестном, с которым он дрался. Но он вдруг почувствовал себя выжатым как лимон. А затем, когда врач и сестра уходили, он увидел нечто такое, что моментально заставило его забыть обо всем. Прежде чем они успели закрыть дверь, Иона заметил в коридоре полицейского в форме. Господи, они что, охрану к нему приставили? Бессмыслица какая-то. Однако все происходящее вокруг тоже содержало мало смысла.

Когда Иона закрыл глаза, вслед ему по темному тоннелю словно рванулся голос Гевина:

Я облажался. И все запорол. Все…

Глава 4

Десять лет назад

– Папа, ты не спишь?

Иона попытался спрятать голову, но с него стянули одеяло. Он заморгал, когда в глаза ударило яркое солнце.

– Папа, проснись!

Детская ручонка ухватила его за щеку.

– Ой, – произнес Иона.

– Ты не спишь?

– Сплю.