Земляноиды

А потусторонние жизни всё прижимались к окнам снаружи. Ночью их присутствие ощущалось особенно чётко – и, хотя было страшновато, каждая клеточка моей плоти так и зудела от возбуждения.

* * *

Наутро сестра закатила истерику.

– Хочу домой! – визжала она сквозь слёзы. – Ненавижу здесь всё! Поедем обратно, сейчас же!

У моей сестрицы повышенная волосатость, поэтому в школе её дразнят «кроманьонкой». Об этом рассказала мне Канаэ, чья сестра из одного класса с моей. Да и мои ровесники не раз кричали мне в спину:

– Эй! Это твоя сестрёнка – кроманьонка?

Школу она ненавидела и прогуливала нещадно.

Обычная история: пора уже из дому выходить, а она ещё носа не высунула из спальни. Да так и валяется потом дома весь день под заботливым маминым крылышком.

И уж для неё-то летние каникулы, по идее, должны были стать отдушиной. Но в первый же вечер Ёта спросил у одной из тётушек, зачем Кисэ отращивает усы. Остальные тётушки очень быстро об этом узнали – и утром, во время завтрака, ворвались в столовую целой толпой, дабы убедиться в услышанном своими глазами.

Кисэ, понятно, тут же забилась в конвульсиях.

– Ты видишь, Ёта, что случается, если девочек дразнить?! – возмутилась одна из тётушек. – Немедленно проси у Кисэ прощения!

Ёта разревелся и стал извиняться, размазывая слёзы по щекам. Но рыданий сестрицы это не уняло.

– Ну что с ними делать… Кисэ, деточка!.. И часто у тебя такие приступы? – запричитали всё тётушки напере- бой.

А Кисэ вцепилась в маму и больше не отходила от неё ни на шаг.

Мало того – как и при каждом стрессе, её начало тошнить. Весь остаток дня она повторяла: «Мне плохо! Поедем домой!» – и к вечеру мама забила тревогу.

– Бесполезно! Её уже лихорадит. Давай вернёмся?

– Ну что ж… Если всё так плохо… – беспомощно развёл руками папа.

А Ёта всё ходил за сестрицей по пятам, как привидение, и стенал.

– Прости-и меня, Кисэ-э… Прости-и! – только и повторял он, хотя ей от этого легче не становилось.

– Разбаловали вы её! – покачал головой дядюшка Такахи?ро.

Но дядюшка Тэруёси сказал:

– Ну зачем так спешить? Здесь свежий воздух. Выспится хорошенько и сразу повеселеет! Правда, Кисэ?

Но сколько принцессу ни уговаривали, оставаться она не хотела ни в какую, и в итоге мама сломалась.

– Утром поедем домой! – объявила она устало. Мне же только и оставалось, что кивнуть.

* * *

В шесть утра, как условлено, мы с Юу встретились за старым сараем.

– Ну? Куда пойдём?

– На кладбище.