Домашний рай

И тебе надо жестче быть, мужчиной становиться. У нас на физтехе с этим кое-какие проблемы есть.

Они уже доехали до седьмого этажа, где находилась комната Наташи. Угловая. Обычно такие угловые комнаты давали семейным студентам, остальные жили в блоках, состоящих из «двушек» и «трешек» с общими ванной и туалетом.

– Неплохо устроилась! – оценил степень предприимчивости девушки Нахимов.

– Да, по-свойски поговорила с Бурениным, общий язык быстро с ним нашли.

Нахимов не стал уточнять, как она нашла с начальником общий язык, но догадался, что без некоторых манипуляций, связанных с деньгами или прочими предметами, пользующимися повышенным спросом у людей, не обошлось.

Наташа подмигнула ему и сказала:

– Поселишься в «Зюзьке», научу, как и что надо будет сделать.

С этими словами ввела его в свою маленькую комнату с вкусным запахом дорогих (французских?) духов. Становилось темно, и она, нащупав выключатель, включила свет.

– Чувствуй себя как дома, Саша.

Сейчас чай поставлю. Садись на кровать, не бойся.

– Не надо чай, я ведь ненадолго.

Та его не послушала и начала хозяйничать. Нахимов огляделся: небольшая комнатка, как всегда у девушек, уютная. Свежие розовые занавески, аккуратно заправленная светло-желтым покрывалом кровать, покрывало не казенное, свое. Книжные полки на стене, шкаф с одеждой, маленький холодильник, на котором красовалась оранжевая каска спелеолога. Вверху не просто лампочка, а легкая, но красивая блестящая люстра.

– Думала, квартиру снять, – заметила Наташа, – а потом поняла, что пока нет особой необходимости. На те сто рублей, что за аренду отдашь, лучше парфюмерии накупить.

Александр чувствовал себя неуверенно с этой наверняка опытной женщиной, старшей его на целых пять лет. В общении с Викой такого барьера никогда не возникало, как-то они понимали друг друга сразу и с полуслова, несмотря на все сложности. А здесь… Действительно, Донченко никак не вписывалась в простенький интерьер общежития.

Впрочем, куда ее вписать, Нахимов не знал, поскольку не бывал в сановных квартирах министров, членов правительства или прославленных певцов и композиторов, жизнь и быт которых существенно возвышались над серым будничным бытием простого советского народа с мечтами, упиравшимися в планку трехэтажного кооператива или выстоянной в многолетних очередях типовой государственной квартиры. А чего не знаешь, о том и не жалеешь.