Блудница

Ее груди, не сдерживаемые корсетом, содрогнулись прямо перед ним, когда она, выгнув спину, совершила бедрами такое ловкое движение, что член с легкостью вонзился в ее жаркое скользкое влагалище.

Грегор давил на нее весом своего тела, стараясь уловить нужный ритм. Вталкивая член все глубже, он наслаждался тесным и упругим пленом ее вагины. Ее возбуждение достигало предела, он же жаждал удовлетворить похоть их обоих. Эта сумасшедшая связь захватила его настолько, что все мысли слились в один едва различимый поток.

Лишь где-то в самой глубине сознания билась мысль о том, остались ли у него еще хоть какие-то чувства.

Пылким шепотом она умоляла не останавливаться и вдруг, закрыв ладонью рот, заглушила свой собственный крик, что вырвался, когда он вошел еще глубже, буквально вдавив ее в стену. Ему невероятно нравилось смотреть на нее сейчас. Он расставил ноги еще шире и, приняв удобное положение, незамедлительно воспользовался им. Ее блестящее влагой, горячее влагалище с каждым толчком плотно и жадно обхватывало его набухший до предела член.

Грегор шепотом проклинал все неудобство сложившейся ситуации и несоответствие обстановки.

Она крепко обняла Грегора за шею, и он почувствовал, как шепот обжигает его ухо, неотвратимо приближая оргазм.

– Еще! Еще сильнее, сэр!

Ему пришлось закрыть глаза и сконцентрироваться на мгновение. Его потребность освободиться была всепоглощающей. Манящие движения ее тела, ее искусный язык и нежный горячий рот и ствол, скользящий в ее влажной плоти, – все это неизбежно должно было заставить его кончить.

– Я ни за что бы не позволил тебе так торопиться и подгонять меня, если бы мы были в других обстоятельствах.

Она кокетливо подняла брови.

– Мужчина, который так уверен в своем мастерстве… Это впечатляет.

Услышав это замечание, он еще сильнее прижал ее к стене. Он был настолько поглощен желанием безжалостно вонзать, вталкивать в нее свой член, что практически забыл о фатальной рискованности их действий.

Затем он на мгновение остановился и пронзил ее еще глубже, так что из груди ее вырвался сдавленный стон. Стремительным движением он прильнул к ее рту своим, стараясь снова приглушить ее голос.

– От тебя всегда столько шума? – спросил он, стараясь отдышаться. – Или ты хочешь, чтобы охранник вернулся скорее?

Она закусила губу и смотрела на него сквозь томно опущенные ресницы.

– Простите, сэр, виной тому наслаждение, что вы мне доставляете.