Убей или умри. Том 3

Больше пятисот благословлённых… Статуя на центральной площади… Собственная гвардия… Культ Бистии вполне подходил под роль государственной религии. А государство здесь – это что? Правильно – нейросеть.

– И это, дубинку верни, – словно извиняясь, добавил Симба. – Нас тут уже спрашивали насчёт божественных атрибутов. А наш у тебя. – Держи, Сёма, – протянул я. – Спасибо, что дал попользоваться. Симба отдал божественную дубинку Бисквитику. Та отсалютовала ей над головой, и златобокие паладины в восторге застучали кулаками по броне.

– Бис-ти-я! Бис-ти-я! БИС-ТИ-Я!!!

Я отвернулся и стал оглядывать зал. Жрицы Лолс по этому случаю оделись в чёрные шёлковые хитончики, а по их обнажённым плечам и рукам сбегали стайки крохотных паучков… То ли умелые рисунки, то ли татуировки.

Верховная паучья жрица Теофилия выглядела… экзотичненько. Чёрные тени, как у готки, тёмно-бордовые пухлые губы, впалые от худобы щеки. Её фигура была модельной, почти анорексичной. И тугие сиськи, которые выпирали из-под хитончика, намекали на их явное искусственное происхождение.

Она хранила молчаливую загадочность, оглядывая других из-под длинных ресниц, а вот остальные жрицы хихикали, глядя украдкой на рельефные доспехи паладинов.

За ними, в свою очередь, наблюдали фигуры в серых капюшонах. В своих аскетичных нарядах они выглядели совершенно одинаковыми, отличаясь друг от друга только по росту.

Снял капюшон только Шило. Он лыбился во всю свою простодушную круглую физиономию, а его маленькие глазки бегали по всему залу, подмечая всё: золотые цацки Бисквитика, ожерелье Теофилии…

Взгляд Шила наткнулся на мою катану, пошёл чуть выше и глаза его удивлённо расширились. У меня на груди была приколота подвязка Анны, сложенная в кокетливый бантик. Он резко поднял голову, и я весело ему подмигнул.

Ещё внимательнее его пацаны следили за делегацией четвёртого божества. Весёлый чувак Джи Бо привёл с собой самых симпатичных тёлочек. Одеждой для них он вообще не заморочился, на бёдрах было что-то вроде мини-юбок из широких листьев, не то пальмы, не то фикуса, а сверху грудь прикрывали цветочные венки, которые при любом движении так и норовили съехать в сторону.