Стоп. Снято! Фотограф СССР. Том 2

Он напоказ носил мачете и демонстративно размахивал им, общаясь с гражданскими.

На остановках он задумчиво смолил маленькую трубку. Судя по запаху в ней был гашиш.

Считалось, что он поможет мне решать проблемы, но вышло наоборот. То ли мы сбились с пути, то ли текущая обстановка резко поменялась. В посёлке, куда мы приехали снимать, оказались повстанцы.

Я стоял на коленях на покрытом трещинами глиняном полу и слушал, как во дворе убивают моего водителя. Умирал он долго и плохо. Меня допрашивал старый негр с морщинистым лицом и бульдожьими глазами навыкате.

Он говорил на ломаном французском, которого я не знал.

– Пресса… русский… рашен… пресс… фотограф… руссо… – повторял я как заведённый.

Вот тогда мне было действительно страшно. А в кабинете Грибова – нет.

Капитан пряниками угощает. Говорит вежливо. Смотрит внимательно. Прикладом не бьёт. Пистолетом в голову не тычет.

Тогда меня спас крестик на шее. По какой-то странной блажи повстанцы не стали убивать единоверца. Меня выкинули без аппаратуры с мешком на голове у правительственного блокпоста.

После этого я снимал в ЦАР ещё год.

– А вы то сами как думаете, Сергей Игнатич – спрашиваю.

– Что? – капитан удивляется.

Ему нравится действовать по собственному сценарию. Не привык, когда его сбивают с мысли.

– Почему человек так поменяться может? – говорю, – а то я сам себе удивляюсь.

Вот так. Сколько можно в "угадайку" играть?

– У тебя светлая голова, – говорит Грибов, – а в такие головы иногда приходят очень тёмные мысли… опасные мысли.

– Горе от ума, – киваю, соглашаясь, – знаю, мы проходили.

– Не ёрничай, – капитан впервые проявляет раздражение, – таким, как ты начинает казаться, что правила и мораль на них не распространяются. Что они сами лучше знают, что хорошо и что плохо… Что вокруг них обычные люди, а они… – Грибов подбирает слово, – сверхчеловеки.

Это он что мне сейчас, Ницше цитирует? Интересно, труды "сумрачного германского гения" имеют хождение на территории СССР, хотя бы в виде машинописных брошюр? Могут ли они и вправду смущать умы советской молодёжи?

Собственная эзотерика в советской стране тоже была мощная.

Один Рерих с Блаватской чего стоят. Понятия не имею, в каком состоянии она сейчас. Скорее всего, загнана в глубокое подполье. Вряд ли уничтожена совсем, учитывая, как пышно она расцвела в Перестройку. На пустом месте такое не случается.

Спросить не решаюсь, а то потом от подозрений не отделаешься. Грибов и без того в лицо мне вглядывается.