Беги, Настёна…

– Почему?! Ты же не сделал ничего противозаконного?

Он открыл рот, но вдруг напрягся и замер, словно вслушиваясь во что-то. Настя тоже невольно стала прислушиваться. Тишина. Даже ветра нет за окном.

– Допивай кофе. Нам пора.

– Я думала, мы переночуем здесь!

– Поспишь в машине.

– А ты?

– А я не посплю.

Настя начала закипать. Он везет ее неизвестно куда, ничего не объясняет и думает, что она будет сидеть смирно, как овечка?

– Ну все, с меня хватит! – она резко отставила кружку, выплеснув немного кофе на столешницу, и поднялась на ноги.

 – Я больше с тобой никуда не поеду! Ты ведешь себя… странно! Мне это не нравится.

Он тоже встал и быстро схватил ее за предплечье, когда она хотела развернуться, чтобы уйти. Его взгляд стал тяжелым, зрачки потемнели.

– Ты сядешь в машину и поедешь со мной!

Настя в ужасе смотрела то на его вдруг огрубевшее лицо, то на пальцы, сдавившие ее руку. Этот агрессивный незнакомец – кто угодно, только не ее добрый, заботливый Руслан. Она не хотела видеть его таким, не верила, что могла так обмануться.

– Отпусти меня, мне больно!

Пару секунд он все еще сверлил ее взглядом, но все же разжал пальцы.

– Иди в машину, Настена, – произнес он уже мягче, а затем наклонился и поцеловал ее. – Я тебя люблю.

Выдавить из себя ответ она не сумела. Его внезапная вспышка гнева пугала. Да и сухие факты говорили о том, что именно так начинаются страшные истории, про которые потом снимают репортажи и показывают по телевидению. Только героиням таких историй уже все равно…

Написать записку хозяину хостела? Зайти в туалет и позвонить в полицию?.

. Но ведь это Руслан! Ее любимый, ласковый Руслан – разве может он сделать ей что-то плохое? Отчего-то страшно было не только за себя, но и за родителей. Что будет с ними, если они узнают, что их единственная дочь однажды вышла с Университета, села к кому-то в большую черную машину и больше уже не вернулась?

Пока она раздумывала стоя на улице, Руслан, расплатившись за кофе, вышел из хостела и открыл перед ней дверцу машины.

– Садись.

Это был вопрос доверия. Но ведь оно должно быть обоюдным! Почему он не хочет ей ничего рассказывать? Боится, что правда шокирует ее? Настя подумала, что в данном случае любая правда лучше, чем неизвестность. Поколебавшись, она все же села в машину – не столько из собственных побуждений, столько из-за того, что если она не сядет сама, Руслан скорее всего посадит ее силой. Он стоял рядом, нависая над ней, как гора, и подавляя волю.