Беги, Настёна…

Можно было прятаться за его широченной спиной от колючего ветра, когда он как ледокол пер сквозь начинающуюся бурю. И припозднившиеся граждане не рисковали приближаться к шагающей по заснеженному тротуару «гардеробной комнате». Удобно.

Он довел ее тогда до подъезда, так и не сказав ни слова. Но и потом никуда не исчез, сумбурно появившись из ниоткуда, да так и оставшись насовсем. Ее хмурый, молчаливый страж.

Поначалу Настя его еще немного побаивалась, ведь Руслан не спешил раскрывать перед ней душу, но потом привыкла, списав его замкнутость на особенность характера.

О себе он почти ничего не рассказывал, на все вопросы отвечал односложно и как-то незаметно переводил тему. Их разговоры всегда почему-то крутились вокруг нее: ее учеба, ее увлечения, ее родители, ее друзья и однокурсники. Вряд ли ему все это было так уж интересно, но слушал он всегда очень внимательно.

Единственное, о чем Руслан мог говорить долго и охотно, – это лес. Он любил его, и это чувствовалось. Где-то там он жил и работал, пах хвоей и привозил пушистые еловые ветки с шишками вместо цветов из магазина. Цветы появились позже – из леса: мелкие, дикие, с настоящим запахом весны и тепла. Пожалуй, не было зрелища умильнее, чем большой, насупленный медведь с охапкой подснежников, терпеливо ждущий кого-то возле Университета.

Для Насти профессия Руслана сама собой определилась как «лесничий», хотя она смутно осознавала, что что-то тут не сходится.

– Когда станет теплее, я покажу тебе лес. Он очень красивый.

– Я видела его много раз, – смеялась Настя. – Я же не городская, забыл?

– Настоящего леса ты не видела, – упрямо отвечал он и так крепко прижимал ее к себе, что она верила. И соглашалась посмотреть на «настоящий лес» летом, когда закроет сессию и навестит родителей.

Не верить Руслану было невозможно – слишком уютно находиться с ним в маленькой квартире на окраине города и коротать долгие, северные вечера. Только раз он напугал ее довольно сильно: его горячие поцелуи спускались от лица к шее и плечам, и она млела от этих прикосновений. А потом вдруг последовала резкая боль. Настя вскрикнула и отпрянула, рефлекторно схватившись за пораненное место. Он укусил ее, и это был совсем не ласковый, шутливый укус.