Мрак в бесконечности

А желудок порой с обидой урчал, напоминая ему, какое Марина Вершинина вкусное мясо жарила. Но на Титане никакой живности ребята не встречали, кроме тех гуманоидов и аборигенов, для которых они сами пищей являлись.

– Ребят, ну будьте добры – не мусорите! – обиженно пропищал робот, заметив, как Леша смахнул со стола много бумаг и не убрал за собой.

Пит не давал ребятам скучать. Робот он реально необычный. Он любил развлекать и предлагать играть в разные игры, особенно в его любимую “Черный-белый не берите, да и нет не говорите, вы поедете на бал?” И задавал всегда такие вопросы с подвохом, в которых приходилось через мучения произносить “да, нет, черный и белый”.

Еще он ругал всех за то, что иногда за собой мусор не убирают. Сначала он сам за всех все убирал, а после начал с пинком заставлять ребят убираться. Также вся его комната была заполнена горшками, имеющими необычные геометрические формы, с красивыми растениями, которые придумала флора Титана. Но самым любимым цветком для него оставался простой маленький кактус, которому он дал имя Боня. Он постоянно ходил с этим кактусом и обнимал его, как собственного ребенка.

– Хватит ходить с этим отвратительным кактусом, – однажды странным тоном произнес Леша, сидя у проекции и заметив за своей спиной робота, прижимающего горшок с цветком.

Глаза робота обиженно заблестели:

– Не смей оскорблять мою Боню!

– Он сильно любит цветы и очень сентиментальный, – шепнул Женя Леше на ухо.

– Я люблю цветы, но моя Боня самая лучшая. – Пит крепко обнял горшок с кактусом, – это искусственный кактус.

Антона это позабавило, и парень широко улыбнулся. Робот Пит приводит его в восторг. «У него есть своя пассия и это искусственный кактус по кличке Боня. Что там в программе Пита такое находится, раз он такой чудной?» – постоянно задавался этим вопросом юноша.

Леша постоянно сидел возле карты и изучал каждый метр, пытаясь найти портал. Остальные сидели рядом и помогали, рассматривая отдаленные уголки проекции, ведь в одиночку Леша не сможет разглядеть все, а остальные пары глаз лишними не будут.

Все искренне надеялись на то, что отыщут таинственный внеземной телепорт и вернутся домой.

«Хотя если меня похитили, то рано или поздно поймают…» – эта мысль, подобно склизкой неприятной змее, врезалась в сознание Антона и заставляла его разочарованно вздыхать.

Оторвавшись от проекции, Оля поднялась со стула и печально проговорила:

– Мы потерялись… в этом мире, который для нас не имеет своего конца.