Мрак в Бесконечности. Том 2. Возрождение Древней империи

Он одет в темный мундир с пришитыми красными камнями на плечах, сверху накинут плащ, на ногах обуты черные, кожаные, с пыльной подошвой сапоги.

Антон смотрел на него с сильным испугом. Голова пошла ходуном, и мысли сплелись друг с другом, образовывая в мозгу кашу.

Петер направился к нему. Сердце от ужаса похолодело. Антон превратился в неодушевленную скульптуру талантливого скульптора и не подозревал даже о дальнейших последствиях. Его пугала мысль, что будет дальше, что Петер с ним сделает. Петер так близко подошел к нему, что Антон смог увидеть каждую пыль на его красивом и дорогом мундире.

Петер взял Антона за руку и поднял с кровати. Он возвышался своим высоким ростом над парнем, как башня, и продолжал задумчиво смотреть на юношу сверху-вниз. Его глаза сверкнули огнем, пристально взирали. Антон в недоумении напрягся всем телом и приготовился мысленно к худшему, глядя на него.

И тут случилось то, чего парень не ожидал и даже представить себе не мог.

Петер обнял Антона со всей силой, как самого дорогого человека в своей жизни. Обнял так крепко, что парень подавился, и все внутренности  сжались. Его руки настолько туго сжимали спину, что из губ вырвался кашель.

С трудом верилось в происходящее. Антону показалось, что Петер Аридверский сошел с ума. Или ему просто заняться нечем. Ибо зачем ему так обнимать парня?

– Я так рад, что с тобой все в порядке! – радостно воскликнул Петер, продолжая туго обнимать.

Петер перестал обнимать. Взяв за плечи, он заботливо посмотрел Антону в глаза. Ему было некомфортно стоять рядом с двухметровым Петером, чувствуя себя лилипутом на фоне него. Антон в своем классе был самым высоким, а сейчас остро ощущал себя карликом, слабым и безвольным коротышкой.

Петер, лучезарно улыбаясь, похлопал его по плечам.

– Э-это…что вообще происходит? Что с…вами?

– Давай присядем. – Петер указал рукой на два круглых стула, стоящих возле миниатюрного столика. – А то я так устал, что ноги со спиной отваливаются. Мне нужно чуть-чуть передохнуть, а после продолжить свои дела.

Антон попытался кивнуть, но издал лишь непонятное хмыканье. Удивление изнутри продолжало распирать. Парень неуклюже сел за стул, напротив Петера.