Идентичность

– Жаль, что уже ничего не будет как раньше…

Он останавливается и мы просто смотрим друг на друга пару секунд, но мне кажется что прошло пару часов. В его взгляде столько тоски, что у меня разрывается сердце, но я ничем не могу помочь ему. Я даже себе не могу помочь… Он ничего не говорит, просто выходит из дома, и направляется к мусорным бакам, а я закрываюсь в нижней ванной, и сижу на полу с включенной в раковине водой, пока он не уезжает на работу.

Все тот же знакомый мне кабинет. Ничего вычурного, только постельные, спокойные тона, и бежевые шторы, которые я бы с радостью забрала, и повесила в своей гостиной.

Я хожу сюда уже 4 месяца. Я долго не соглашалась на сеансы у психиатра, я не считала, да и сейчас не считаю себя сумасшедшей. Я согласилась на 4 пробных сеанса, только чтобы угодить родителям, а затем мне понравилось. Здесь я могу говорить что угодно, не задумываясь о том, как это звучит, и что обо мне подумают. Надеюсь ли я, что эти сеансы помогут мне? Вряд ли. Но по крайней мере, это немного вносит разнообразия в мою жизнь, и все счастливы, что я прохожу «лечение».

– Здравствуй, Меган.

– Здравствуйте.

– Как ты? – Доктор Ричардсон улыбнулась, и склонила голову на бок.

– Ну.. в целом хорошо.

– Как ты себя чувствуешь?

– Физически? – Я натянула саркастическую улыбку.

– Да. Начнем с твоего физического состояния. – Доктор открыла свой толстый черный блокнот, и найдя нужную страницу, посмотрела на меня. – Какой у тебя сейчас вес? Ты ведь взвесилась перед сеансом?

– Конечно, как и всегда.

– Меган?

– 43 килограмма.

– Так. – Она что-то пометила в своем блокноте. – Ваш рост 166 см. и мы не обсуждали этого раньше, но скажите, какой был ваш нормальный вес, до..

– До Билли?

Она выдохнула, и снова сделала этот сочувственный взгляд. Я прикусила внутреннюю часть губы, чтобы не расплакаться, а затем ответила.

– Примерно 53 килограмма.

– Хорошо, а в последние месяцы беременности?

Я снова закусила губу, но все же почувствовала, как защипало глаза от наступающих слез.

– Это что, так важно? – Я смотрела на нее, и понимала, что она не виновата. Это всего лишь ее работа, и она хочет помочь мне.

– Меган, я знаю что тебе тяжело, и ты не любишь говорить об этом, но от этого не уйти, пойми это. Это часть твоей жизни, и всегда ею будет. – Она скрещивает запястья и кладет руку на свои колени. – Тебе нужно смириться, и научиться с этим жить.