Принц и семь гномов

Подняв тучи пыли, она остановилась у столба, и на дорогу выскочил стройный белолицый парень с чёрными как смоль волосами, одёрнул коротковатую одежонку и посмотрел на кучера. Тот, спрыгнув с козел, протянул ему тяжёлый кожаный кошель, а затем обнял.

– Доброй дороги, ваше высочество, – произнёс кучер, смахивая скупую мужскую слезу, и, посмотрев на столб с указателями, махнул в сторону леса: – Вам туда. Идите и никуда не сворачивайте, к вечеру будете в Трольбурге, а куда дальше, сами знаете.

– Спасибо, Вальтер, – ответил парень и быстро зашагал прочь.

Кучер смотрел ему вслед, пока тот не скрылся из виду, а затем вздохнул, утёрся рукавом и полез обратно на козлы. После чего развернул карету и двинулся обратно.

Ещё чуть позже эта же самая карета подъехала к крыльцу королевского замка, и кучер, бросив поводья подоспевшему слуге, опрометью бросился вверх по ступеням.

– Ваше величество! – воскликнул он, вбегая в покои королевы.

 – Его высочество изволили сбежать! Я не успел остановить, не велите казнить! – он бухнулся на пол, прямо к подолу расшитого драгоценными каменьями платья.

– Встаньте, Вальтер, – послышался строгий голос. – Негоже королевскому егерю валяться на полу. Встаньте и расскажите подробней, как это произошло.

– Ваше величество! Я мчался быстрее ветра!..

– Умерьте эмоции, я хочу знать факты.

– Простите. Да. Сию минуту. Их высочество сбежали, когда я подъезжал к развилке.

Они выпрыгнули из кареты и пустились во весь дух по тропе, ведущей к Трол…

– К Ферграну, вы хотели сказать.

– Да, – поправился егерь. – Совершенно верно, к Ферграну. Так всё и было.

– Вы хотя бы сбавили ход, когда его высочество изволили выпрыгнуть?

– Конечно!

– И убедились, что он бежал в подобающем простому страннику виде?

– Конечно!

– И не с пустыми руками.

– Конечно, ваше величество!

– Хорошо.

Тогда можете быть свободны. Вот вам за труды, – королева протянула ему мешочек с монетами.

Оставшись одна, она стряхнула с плеча невидимую пылинку и, подойдя к комоду, достала зеркало в изящной оправе.

– Ну что, мой стеклянный друг, просыпайся, – произнесла она, постучав по поверхности длинным алым ногтем, – давай-ка, покажи нашего беглеца…

Что бы там ни утверждала молва, королева Изольда обожала своего пасынка.