Пристанище ведьм

«Не спеши, Фрэнсис, делай все по порядку», – прозвучал голос брата у меня в голове.

Во-первых: надо дошить пальто. Если я этого не сделаю, то потеряю место, а еще все догадаются, что меня отвлекли от работы. А по явной улике на полу ателье сразу станет ясно, почему я не смогла ее закончить.

Во-вторых: окровавленную одежду лучше спрятать, а утром выбросить. Скажем, по пути к богатой вдове, когда буду относить ей пальто.

В-третьих: нельзя никому об этом рассказывать. Даже думать об этом нельзя.

Я похлопала по столу справа от своей швейной машины «Зингер», где обычно хранила ножницы, но там было пусто.

О…

Конечно.

Возьму ножницы Джесс. Ее стол совсем рядом с моим, так что можно выдвинуть ящик, даже не вставая со стула. От их холодного металлического веса мне стало немного не по себе.

«Ты сможешь, – снова прозвучал в голове голос Уильяма. – Ты должна».

Я вытерла кровавые ладони о темную юбку и принялась за работу. Держать иглу в дрожащих пальцах было нелегко, но все же у меня получилось, и я быстро справилась с подолом и пуговицами.

Конечно, сложно было не обращать внимания на тело у стены. Как бы я ни сопротивлялась, мой взгляд неизбежно скользил по нему: темному, грузному, совершенно неподвижному. Во рту оставался привкус рвоты, и каждый вдох отдавался легкой болью – единственным подтверждением того, что все это мне не снилось.

Я завернула готовое пальто в упаковочную бумагу и расстегнула свою блузку. Воротник и левый рукав испачкались в крови. А отмыть ее в день стирки, на глазах у других девчонок, я, разумеется, не могла.

На моем корсете, прямо над сердцем, расплылось небольшое пятно размером с монету, но мне пришлось бы неделю копить на новый, поэтому выбросить его я не могла. По крайней мере, эту улику будет несложно прятать.

Времени оплакивать испорченную одежду и те прекрасные времена, когда я еще не знала, с каким звуком мертвое тело падает на пол, у меня не было.

Я распахнула дверь и выбросила кассовый ящик на улицу, даже не сомневаясь, что к утру он пропадет. Мне раньше не приходилось инсценировать преступление, но я рассчитывала создать впечатление ограбления, зашедшего слишком далеко.

Холодный ночной воздух пробирался через корсет и грудную клетку прямо к моему бешено колотящемуся сердцу.

Мистер Хьюс распластался у подножия лестницы.