Пристанище ведьм

А бывает и в самом детстве. Обучение у всех занимает разное количество времени, в зависимости от способностей. Еще и поэтому ведьмы хитро придумали с маскировкой под санаторий. Одни раньше обретают контроль над собственными силами, другие позже, и все постепенно возвращаются в обычное общество.

– Как в настоящем санатории, – согласилась я, вспоминая свой разговор с миссис Выкоцки.

Лена задумчиво закусила губу.

– Это если считать магию болезнью.

– А ты так считаешь?

– Да, если оставить ее без внимания.

Я пока недостаточно хорошо знала Лену, и она умела сохранять безразличное выражение лица, но мне показалось, что в ее глазах промелькнула грусть.

– Ты давно здесь? – спросила я, хотя не знала, тактичный ли это вопрос.

– Почти два года. С годовщиной меня, – саркастично произнесла Лена.

Судя по всему, она предпочла бы находиться где угодно, лишь бы не здесь, и мне стало ее жалко. Директриса упоминала, что большинство учениц проводят в школе несколько лет.

– А ты, Максин?

Стол, у которого мы находились, располагался прямо у вытянутого прямоугольного окна, и я прижала ладонь к стеклу – твердому и холодному.

– Шесть лет. Меня нашли в тринадцать.

Мне было интересно, что пробудило ее магию, но я не хотела показаться невежливой.

– Как ты меня нашла? И как нашли тебя? – спросила я, вспоминая о том, как Максин с Хелен возникли в ателье словно по волшебству, точно в нужный момент, чтобы спасти меня от полиции.

– Ведьмы вроде нас с Хелен чувствуют… нарушения в источнике энергии. Обычно это происходит, когда магия вспыхивает впервые. Ко мне приходит видение, всегда очень странное, и обычно оно не подсказывает имен. Твое я знала только потому, что полицейские у ателье о тебе разговаривали.

Лена покосилась на меня, когда Максин упомянула о полиции.

– И вы привозите сюда всех, кого удается обнаружить? – уточнила я.

– Обычно да, – ответила Максин, закусив ноготь.

– Но не всегда?

– Лучше спроси об этом Выкоцки, – посоветовала она, вскинув брови, и я чуть не рассмеялась.

Кто захочет возвращаться в кабинет директрисы по доброй воле?

Я подцепила заусеницу на ногте и спросила:

– И что все это значит… ну, для меня?

– Значит, что теперь «Колдостан» – твой дом. Ты тут надолго.

Вдалеке прозвенел колокольчик, и девчонки вскочили со стульев.

– Пора идти на твой первый урок, крошка Фрэнсис, – проворковала Максин. – Лена тебя проводит.