Бывший напрокат

Поднимается молча со стула, выпрямляется и резко, без оглядки покидает помещение, оставляя меня в одиночестве обдумывать его поведение.

Глава 2

Ника

В салоне самолёта жутко душно. А я дико зла.

Ощущение сложилось такое, будто нас заперли в стеклянной банке, оставленной под знойными солнечными лучами. Дышать просто невозможно. Левицкий, чтоб ему пусто было, почти опоздал на рейс.

Сначала я прождала его в аэропорту полтора часа. После регистрации, вместо того, чтобы поторопиться на посадку, мой подставной парень умудрился несколько минут потратить на флирт с девушкой-бариста, у которой заказывал кофе.

У нас когда-то тоже всё началось с кофе, который я раньше ненавидела, а потом полюбила. Работница кофейни была только рада, чуть ли, не перегнувшись через стойку и демонстрируя внушительное декольте, пока градус моей злости подходил к температуре кипения воды. Из-за этого в салон самолёта мы буквально забежали последними запыхавшись.

Кое-как разместившись в кресле, я достаю какой-то журнал из кармашка переднего кресла, и пытаюсь использовать его вместо веера, создавая иллюзию дуновения прохладного ветра.

Впрочем, это не помогает.

– Золотце, расслабься. Мы же успели. В последнее время ты слишком нервная, хочешь кофе?

– Божье наказание, – шиплю я в ответ, сжимая кулаки от гнева. – Из-за этого кофе мы чуть не опоздали. Я готова тебя убить! Нет, правда, я очень хотела тебя убить. А после того как, ты пытался закадрить ту неприятную особу, наплевав на время, моё желание начало возрастать в геометрической прогрессии.

Но к сожалению, ты нужен мне живой.

Знаю, что мужчине никогда не нравился такой тон, с которым я сейчас к нему обращаюсь. Но, Ян привык скрывать все свои эмоции под маской безразличия, или напускного веселья. И это одна из многих причин, которые выводили меня из себя. Даже во время наших отношений, я зачастую не могла понять, когда он играл, а когда был настоящим. Я ненавидела, когда Левицкий примирял образ дерзкого красавчика, хотя это ему безусловно шло.

– Ревнуешь? – нагло ухмыляется мой псевдо-парень.

– Ты просто невероятен! И зачем я только на всё это подписалась? – выпаливаю я, не успевая подумать, и тут же заливаюсь краской, закрывая лицо руками.

– Если меня не обманывает память, то это я согласился помочь тебе, а не наоборот, – говорит Левицкий, издевательски салютуя мне стаканчиком с кофе, перед тем как сделать большой глоток.