О дьяволе и бродячих псах

Невысокий, но просторный гараж ожидаемо оказался завален грудами хлама: сломанной мебелью, бельем, книгами, коробками с фарфором и даже картинами, которым не нашлось места в интерьере отеля. Здесь же отыскались и довольно любопытные вещи: бильярдный стол с шарами, черный мотоцикл без переднего колеса. Огромная вывеска, тянувшаяся вдоль стены. Сквозь вуаль паутины и пыли в ней узнавалась надпись «Барнадетт». Фантазия пробудила картину: много лет назад именитых гостей со всей страны встречали округлые завитки букв, роскошные дубовые двери с золотыми львами и музыка тромбонов вперемежку с клавишными…

– Будет летать, как новая, – голос Агнес прервал красивый вымысел.

 – Но гарантий не даю, – тетушка оценивающе смотрела на машину, вытирая руки о рабочий комбинезон.

– Лучше бы ехала, – недоверчиво покачала головой Нина. Возраст «Шевроле» близился к четвертому десятку как-никак.

Порт-Рей отличался тремя вещами: прямым расположением у моря, уютными кирпичными домиками не выше четырех этажей и сонным настроением.

Время здесь словно остановилось. Горожане никуда не торопились: одни еле волочили ноги по тротуарам, другие лениво играли в шашки на гнилых террасах, третьи вовсе выпивали. Человек в поношенном поварском кителе вскрыл зубами бутылку пива, не покидая входа в пекарню; кажется, к мучному местные жители страсти не питали.

Проезжая мимо десятка выцветших вывесок, Нина едва смогла прочесть половину. Витрины и таблички заведений не обновлялись годами, – ни слова не разобрать.

Повезло обывателям, знавшим каждый дом наизусть.

– Чем ты занималась раньше? – поинтересовалась Эстель, не сводя с дороги глаз. Для выхода в город тетушка обвязала голову платком и надела темные очки, хотя затянутое непроглядными тучами небо исключало появление солнца.

Вопрос оказался не из разряда «сто поводов гордиться собой», но и врать Нина не стала:

– Разносила пиво в баре «Континент», – за немногословным ответом крылось столько сальных историй, что она интуитивно покосилась на тетю в ожидании неодобрения.

Но лицо Эстель оставалось непроницаемым:

– С местными барами все обстоит куда хуже. Не советую в них соваться.

Нина поверила на слово.

Машина остановилась у заведения с названием «Джермэйн» (определенно через «D»). Отделанный темным деревом фасад выгодно красовался на фоне прочего городского безобразия. За высокой стеклянной витриной проглядывался зал, настолько маленький, что располагал всего одним столиком на две персоны.