Мой лучший друг – Бенджамин

Он любил начать с одного основания, потом оттолкнуться и разойтись на несколько других тем, которые в свою очередь, также естественно делились и в итоге вместо простого разговора мы получали ветвистое древо, тянущееся к истинам мироздания, множеством своих веток. Мы много спорили, чаще побеждал он и я очень быстро смирился с его проницательностью и умением обвести вокруг пальца, предварительно расставляя ловушки в любом разговоре. И так, не взирая, на его порой нарочито путанный характер и мой жизненный устрой не иметь близких друзей, он стал для меня ценным экземпляром.

К началу этой истории, мне шел двадцать седьмой год. Что у меня к этому моменту было? Ну как Вы уже поняли: небольшой цветочный магазинчик и новый, весьма хороший приятель. Последнему я был особенно рад, с друзьями у меня ладилось редко… Стоит мне слегка коснуться этой темы, как перед глазами болезненным триггером из темных пучин памяти, выплывают школьные годы, где мне приходилось не сладко, ибо по всеобщему мнению я признавался тем еще чудаком.

Я рос очень чувствительным ребенком, быть может, это было связано с моими нетипичными для мальчика увлечениями. Первым была ботаника, где впервые я почувствовал нежный трепет ко всему живому, когда заметил, как из попавшего в поилку попугая зерна проса, пробивается маленький росток, затем я начал проводить эксперименты над всем, что находил в кормах попугая и хомяка, закапывая зернышки в горшок с маминой геранью и каждый раз, открывая для себя новый мир. После, освоил балкон, и начал проращивать лимоны, апельсины, финики, украденные черенки растений и все, что имело, хоть какой-то шанс на жизнь.

Вторым моим увлечением стала живопись и я смог создавать ботанические зарисовки и не только. Теперь, овладевая карандашом и кистью у меня появлялась возможность запечатлеть тот самый трепет живого, который, как тогда казалось, был интересен, только мне.

– "Сава, как твои фикусы, а Сава? Девчонкам свою коллекцию уже показал?"

Тогда подобные поддевки одноклассников меня знатно ранили, или вот:

– "Смотри, Сава, веточка, видел как мы ободрали то дерево? Ну что? Разревешься прямо сейчас или дома пожалуешься своему гербарию?"

Я и правда жаловался, но не гербарию, а своему другу – маленькому деревцу фикуса.

Это небольшое растение я вырастил из крохотного черенка и особенно трепетно к нему относился: выделил ему лучшее кашпо и лучшее место на подоконнике и так привязался, что вскоре начал беседовать с ним.