Влада и заговор Тьмы

Или это сон… Хотя какой уж там сон, когда все так реально, слишком реально, даже запах стирального порошка, от которого щекочет в носу?!

Трое ребят, которые только что веселились в столовой… что с ними произошло в темноте? Как вообще могут у людей ТАК светиться глаза? Это не был отраженный свет, как отблескивают глаза у кошек в темных подворотнях, – нет, их глаза светились сами, будто изнутри…

В плохих фильмах после таких сцен вдруг откуда-то протягивались скользкие щупальца, которые утаскивали несчастного человека куда-нибудь в подвал дома, чтобы там сожрать.

А может, это какой-то фокус, вроде неснимаемой повязки на ее коленке? Какие-нибудь линзы для глаз, а она уже устроила истерику… Хотя пугаться было чего.

Прошла минута, другая, и в дверь кто-то тихо постучал.

– Темноглазка? – настороженно позвал голос Егора. – Ты там живая?

– Ч-что? – не поняла Влада. – Кого ты зовешь?

– Тебя. Я говорю – а ю о'кей? В порядке, живая? Кстати, минус одна чашка в доме Мурановых.

– У меня аллергия на пы… – послышался голос Марика, но его, видимо, отпихнули от двери, судя по удаляющемуся грохоту.

– Ты мне будешь сейчас рассказывать, что мне померещилось? – осторожно начала Влада.

– Уфф… Нет, не буду, – отозвался Егор. – Ты приехала в дом к нечисти, хотя даже хуже – в район к нечисти… Понимаешь?

Нечисть, что уж тут непонятного.

Перед глазами пронеслись рога, хвосты и дьявольское хихиканье с какими-то котлами.

– Я не понимаю. Нечисть – какая еще нечисть? Вы черти, что ли?

– Ой, не смеши меня, – хихикнул Егор и поскреб ногтем дверь. – Марик – упырь… Дринка – кикимора. А я, насколько я себя помню, с утра был троллем…

– Так… – Влада судорожно вздохнула. – Троллем, значит. Угу. А Гильс – он тоже… нечисть?

– Даже не сомневайся… – Егор за дверью тихо рассмеялся.

Влада вспомнила, что впервые увидела Гильса, когда в их дворе уже стемнело. Он пришел в темных очках, и теперь стало понятно, почему.

– Погоди, Егор, я сама ей объясню и успокою! – затараторил голос Дрины.