Честность свободна от страха

Но хочу, чтобы вы увидели это своими глазами.

Готтесанбитерсдорф провел ладонью рядом с лицом Шпатца, ни разу не коснувшись его кожи. Затем резко отпрянул и широко улыбнулся.

– Спасибо за поддержку, герр доктор, – Шпатцу сделал осторожный шаг вперед. – Только я пока не имею права носить фамилию Фогельзанг… Я Грессель.

– Если угодно, могу называть вас Грессель, – доктор громко засмеялся, запрокинув голову. – Право носить приставку штамм получают по праву крови, а не бюрократически. Вы точно Фогельзанг, герр Грессель.

Доктор Готтесанбитерсдорф взмахнул руками, словно фокусник, приглашающий зрителей на представление. На правой стороне стола стояли семь одинаковых прозрачных чаш, наполовину заполненных мутной жижей разных цветов. Из открытого несессера торчали горлышки и пробки разноразмерных склянок, флаконов и бутылей. Десяток пустых пробирок в деревянной подставке.

– Присядьте на стул, герр Грессель и закатайте правый рукав, – доктор ловко выхватил из несессера склянку с прозрачной жидкостью, вынул притертую стеклянную крышку и аккуратно поставил ее на стол. – Положите руку на стол и сожмите в кулак. – Доктор наклонился и вылил на запястье Шпатца несколько капель резко и незнакомо пахнущей жидкости. – Будет неприятно. Я сделаю надрез на счет три.

И полоснул скальпелем запястье сразу под большим пальцем. Шпатц не успел ни зажмуриться, ни испугаться. Доктор положил скальпель, извлек из подставки пробирку и подставил ее под тонкую струйку крови.

– Вообще-то среди врачей принято пользоваться медицинской иглой, чтобы взять анализ крови, – неотрывно наблюдая, как капли красной жидкости стекают по прозрачным стенкам пробирки, проговорил доктор. – Но мы с вами делаем не совсем обычный анализ. А он требует особого подхода…

Уровень крови поднялся до едва заметной метки, и Готтесанбитерсдорф ловко закрыл ранку ватным тампоном, смоченным все в той же прозрачной вонючей жидкости.

– А впрочем, это не более, чем мой личный каприз, – доктор опять улыбнулся, обнажив белоснежные зубы и покачал перед глазами Шпатца пробиркой с его кровью. – Совершенно все равно, как именно берется кровь на эти тесты. Просто я люблю драматические эффекты.

Шпатц облизнул пересохшие губы.