Тени творцов

Каждый жест или невзначай брошенный взгляд в его сторону не выдавал и намёка на то, что произошло ночью. Словно это был только сон. Фарадж не стал ни о чём спрашивать, молча выполняя её короткие поручения, и, едва забрезжил рассвет, они двинулись в путь.

– Если не будем делать частых привалов, к вечеру доберёмся до места назначения, – сухо сообщила Дивия и пришпорила своего коня.

Природа, которая предстала перед глазами Фараджа, поражала своей первозданной красотой. Именно такое выражение родилось в его голове, когда он видел леса и равнины, покрытые густой порослью и могучими деревьями.

– Скажи, – обратился к ней Фарадж. – Почему Большое Разделение Миров пощадило древлян?

Дивия запила сытный перекус квасом из железной фляжки и протянула ему.

– Потому, что так решила сама Земля, – ответила она. – Древляне никогда не участвовали в кровавых распрях Старых Богов. Они просто жили: занимались земледелием, разводили разную живность. Их не интересовали войны и власть, для них была важна их Земля, Род – Родина. Взяв что-то у неё – они благодарили за дары, им была чужда магия и волшба. Лишь однажды древляне попросили помощи у Богов, а потом горько пожалели об этом. Может быть, поэтому их пощадили.

Когда кони напились и отдохнули, они двинулись дальше. Фарадж ехал рядом, украдкой глядя на неё, подмечая про себя, как та уверенно держится в седле, обхватив ногами бока лошади. Память услужливо подставляла в такие моменты картинки прошедшей ночи, от чего ему становилось тесно в седле, и он начинал ёрзать. Иногда Фарадж замечал, что и Дивия старается незаметно поглядывать на него. Наконец, он решился и заговорил:

– Поговорим о том, что произошло ночью?

– Нет, – решительно ответила Дивия.

– Будем делать вид, что ничего не было?

Дивия резко натянула поводья, придержав коня, и яростно выпалила:

– Чего ты от меня ждёшь? Что я кинусь к тебе на шею и начну целовать? Оставь это для юных нежных девиц, что было – то прошло.

Стегнув лошадь по крупу, она сорвалась с места, давая понять – разговор окончен.

К высокой горе они подъехали, когда начался вечер. Коней оставили у подножья и начали подниматься на верх по каменистой узкой тропе.