Тени творцов

Иногда в однообразной серости возникали клочки белого и, вздрагивая, прятались обратно. Ему стало казаться, что мгла зовёт его, но он не мог разобрать голоса. Повинуясь непреодолимому желанию, Слав поднял руку и прикоснулся к ней. Пальцы не встретили сопротивления – это было похоже на дым или пар, только обжигающе холодный. Рука проваливалась всё дальше, а сгустки мглы обхватывали её и скрывали от глаз в своих глубинах.

– Свинячье рыло! – взревел подбежавший воевода. Он схватил пасынка за плечо и оттолкнул назад.

Слав растерянно переводил взгляд со своих рук на покрасневшее от злости лицо тяти. Чтобы успокоиться, Ярополк пригладил седую шевелюру.

– Тятя, – всё ещё растерянно прошептал парень. – Так и должно быть?

– Не знаю, – буркнул воевода. – Я к ней не прикасаюсь и тебе не советую. Одни Боги ведают, что это за хреновина.

Арбалетчик, как бык, нёсся сквозь заросли на крик, выставив вперёд оружие.

– Чего орёте?

– Ничего, – ответил воевода и усмехнулся: смешно тот выглядел со своими глазищами-плошками. – Нашёл я, где твари те проходили. Можем возвращаться.

На закате отряд собрался у границы леса, чтобы поделиться сведениями, которых оказалось немного: живых в деревне нет, свежих могил, как и кострищ, не обнаружено. Мёртвых тел тоже не нашли. Только небольшая горка костей с насечками от острых лезвий, да гниющих кишок, в которых копошились черви и мухи.

– Костров не разводить, на ночлег палатки не ставить. Рассветёт – двинемся обратно. Дозорным смениться в полночь. Приказ ясен? Вот и хорошо.

Какой бы первобытный страх не появлялся от этого места, Ярополк понимал, что придётся оставить здесь небольшой отряд дозорных. Когда-нибудь эти твари вернутся, и, кто знает, как далеко они готовы зайти, чтобы пополнить свои закрома.

9

Аглея очнулась от удара о твёрдую поверхность и открыла глаза. Над ней раскинулось всё то же ночное звёздное небо, но оно было уже не так близко. Последние события пронеслись перед глазами: пожар, нападение драаксов, крик Алексиса и невыносимая боль, когда когти впились в неё и подняли над землёй. Именно тогда она и потеряла сознание. Рядом раздался тихий стон и шорох.