Влада. Бал Темнейшего

Все мелкие прошлые обиды стерлись, и Влада готова была первая дружески заговорить с однокурсником, но тот сделал вид, что не узнал ее.

– Этот вагон не проверять, – сняв очки, гоблин отбросил в сторону драгоценную чашку, и та, едва коснувшись асфальта, покатилась уже пластмассовым стаканчиком, какие выдают кофейные автоматы. Потом он сверкнул огнями желтовато-зеленых глаз и провел пальцами перед лицом у проводницы. – Только улыбаемся и носим чай. Проснемся завтра в Москве, и ничего не вспомним!

Женщина быстро заморгала, потом строгое выражение слетело с ее лица и она заулыбалась, отступая:

– Проходите, пожалуйста! Как только тронемся, чаек принесу.

– Еще немного – и нас бы в обезьянник или в психушку замели! – возмутился Диня, меряя гоблина снизу вверх суровым взглядом. – Что, встретить нельзя было нормально, чтобы я выпученные глаза всяких куриц не видел?! Где тролльский коридор? Вам что – не сказали, что вы сопровождаете особу из темнейшей семьи??

– Морок я для вас сделал, причем меня попросили сделать его особенным! – странным тоном ответил Отто.

 – Свободное купе в конце вагона. Все, счастливого пути. Надеюсь, вам понравится…

– Спасибо! – крикнула Влада гоблину вслед, но тот даже не обернулся.

Диня запрыгнул в вагон первым, Влада следом, начав пробираться по узкому коридору вслед за домовым. Все места уже были заняты, и единственное свободное купе обнаружилось в самом конце вагона около туалета.

Влада вместе со свитой ввалились туда, побросав вещи на лавки и разглядывая обстановку.

Купе, по сравнению с другими, было каким-то необычно обшарпанным и темным, а свернутые матрасы и белье пахли так кошмарно, что разворачивать их не хотелось. Влада догадалась, что Отто сделал это нарочно – и не без просьбы Герки с Холодом…

– Стопудово этот фрукт нарочно накозлил, – кипел Диня. – Доберемся – я сразу телегу накатаю куда надо. Огнева, ты бы хоть медальон под воротом свитера не прятала!

– Тебя забыла спросить, – отрезала Влада.

 – А вот тебе корона не жмет, Ливченко? Зазнался ты очень.

– Что за лажа, – возмутился домовой, ткнув пальцем в мутное и грязное окно. – Здесь все нарочно отвратным сделали, чтобы нам ехалось паршиво, это же морок!

– Да, морок я вижу, – согласилась Влада. – Но ехать в этом купе можно, подумаешь, одну ночь переночевать. Другие-то заняты все равно.

– Да фигня, доедем! – жизнерадостно выдал Ацкий, плюхаясь на лавку.