Влада. Бал Темнейшего

Вандера Францевича жалко, ну и…

– Бертилова, – произнес за Герку его приятель, который будто подхватывал те фразы, которые Герман не хотел заканчивать.

– Да, его, – Готти опустил глаза. – До сих пор не верится. Ладно. Самое главное, что ты ведешь себя не так, как должна. Весь тайный мир знает, что трон скоро займет молодой Темнейший, и знают, что у него есть девушка. Пора тебе очнуться, жизнь-то идет дальше!

– Так пусть прикажет мне срочно измениться, раз я не могу очнуться! Странно, что вы со мной вообще еще разговариваете, когда у меня на шее поводок.

– Не надо так называть ценность, которой удостоила тебя темнейшая семья, – ответил Герка, которому все труднее давался этот разговор. – Муранов проявляет к тебе уважение и не хочет ломать твою волю. Да, он не монстр, представь себе. И знаешь, несмотря на то, как он высоко взлетел, для нас он все тот же пацан, с которым мы делили одну комнату в общаге и списывали на вампирологии. Но и для тебя Гильс не просто однокурсник.

Герка, выдав эту длинную речь, замолчал, и Влада, подняв на него глаза, вдруг с удивлением подумала, как он сильно повзрослел за последние полгода. Вместо смешного мальчишки, который швырялся ботинками в темных сущей в коридорах Утесума, – серьезный юноша, который даже умел складно разговаривать и в чем-то убеждать.

Только вот понять ее Герка не сможет. В его мальчишеском представлении все прямолинейно и просто. Влада – сумасшедшая, у нее помутнение после смерти деда и гибели Егора. И еще она неблагодарная, потому, что лучший парень в Носфероне и наследник Темнейшего удостоил ее вниманием, и ни одна девушка на свете не отвергла бы его, никогда.

* * *

Смешной вопрос – помнит ли она про Гильса Муранова.

Помнит ли жаркий августовский вечер на Садовой улице, родной двор и свою, еще человеческую, жизнь, прежнюю школу, подруг, посиделки с болтовней во дворе. И ту минуту, когда Гильс пришел в их двор. Тогда он был так похож на юного пирата в своих рваных черных джинсах и черно-красной футболке… Темноволосый и красивый настолько, что Влада готова была провалиться сквозь землю со своей застенчивостью под взглядом черных насмешливых глаз.