Предатель выбирает один раз

По ее лицу было сложно определить возраст, годы, как будто, никак не сказались на ней. Никаких морщин на гладкой коже. Впрочем, откуда могут быть морщины у человека, выражение лица которого не меняется ни при каких обстоятельствах?

– Прошу прощения, фрау Бригит, – Шпатц поцеловал тетку в щеку и сел за стол. Слуга немедленно поставил перед ним приборы и высокий стеклянный бокал с водой. – Больше не повторится.

– Как тебе фройляйн Гаубфайзер? – Бригит сделала крохотный глоток кофе из чашки размером чуть больше наперстка.

– Она… довольно мила, – Шпатц развернул салфетку с фамильным орлом Фогельзангов и положил ее себе на колени.

– У вас все получилось? – Бригит внимательно посмотрела Шпатцу в лицо, он почувствовал, что опять краснеет. – Герр Шпатц, вы же понимаете, как это важно для нашей семьи?

– Понимаю, фрау Бригит, – Шпатц опустил глаза. – Да, у нас все получилось, если вы имеете в виду успешное соитие, конечно.

– Очень хорошо, надеюсь, она сможет зачать с одного раза, – Бригит взяла серебряную ложечку и легонько стукнула стоящее перед ней на серебряной же подставке яйцо.

Шпатц ни разу не видел, чтобы она завтракала как-то иначе. И это при том, что повар в Фалькенесте просто потрясающий.

– А герр Ральф к нам не присоединится сегодня? – спросил Шпатц, чтобы сменить смущающую его тему разговора.

– Нет, он на заседании еще с вечера, – Бригит подала знак слуге, и он немедленно наполнил ее стакан водой. – Сегодня вечером я устраиваю небольшой прием. Будет всего двенадцать гостей, будь любезен со всеми фройляйн, но никого не выделяй.

Нам нужно подобрать тебе подходящую супругу.

– Но я не собирался жениться, фрау Бригит, – Шпатц положил вилку и нож на тарелку.

– Не смей мне перечить, герр Шпатц! Это твой долг перед семьей! Гибель Хагана и Адлера поставила наш род на грань вымирания! – тон Бригит изменился лишь чуть-чуть, что означало крайнюю степень возмущения. – В нынешней ситуации мы не в праве потакать своим сиюминутным желаниям.

– Да, фрау Бригит, – аппетит у Шпатца пропал.

Он как-то иначе себе представлял жизнь верванта. Даже представить себе не мог, что на него возложат роль быка-производителя Фогельзангов. Но с того момента, как личный врач семьи заново провел измерения и подтвердил его индекс идеала, Бригит немедленно составила четкий план по возрождению семьи, отведя ему в этом процессе самую главную роль.

– Герр Шпатц, будь благоразумен, – голос Бригит смягчился. – Сигард тщеславен, но глуп.