Дорогая Катя

Дорогая Катя

Саша Антоневич

Теперь попробуйте ощутить свой ум. Почувствуйте, как цинизм и доброта на бесконечности сходятся во что-то реальное. Живущее. Из этой точки берет начало ваше сознание. Вокруг, в общем-то, темно. Папа закуривает сигарету.Или мама./Из пособия номер 29/

Саша Антоневич

Дорогая Катя

1

Здравствуйте, дорогая Катерина.

Вспомнил о вас, и рука тотчас же потянулась за пером.

Увы, в тех далеких краях, где я очутился, следуя зову чего бы то ни было, птиц, без которых немыслима какая бы то письменность, не видели уже с позапрошлого года, и сама письменность постепенно приходит в упадок, что я живо ощущаю и на себе

Благодарен судьбе, что эта живость, по крайней мере, не покинула меня, ведь любой путник без неё как без опоры.

Пришлось изрядно исхитриться, чтобы отправить вам весть, но нужный способ был найден и теперь я не хуже пещерных людей способен передавать свои состояния любому другому одушевленному участку материи без каких?либо конструкций.

Как говорят варвары, media is a message.

Этот метод, правда, не лишен недостатков, предметы, события и прочие наблюдаемые сущности, вызывавшие переживания о которых я далее пишу, могут принять перед вами неведомые мне фантасмагорические формы, но даже этим метаморфозам не разорвать долевой нити моего послания – нежности к вам.

Кстати, о древних людях. Сейчас всё чаще принято считать, что они не вполне могли выражать себя при помощи речи.

Уверяю вас, человек недавно выследивший и убивший животное, а теперь поедающий его в отблесках костра в пещере, вход в которую является единственным темным пятном в его потоке восприятия, одним взглядом способен передать разделившему с ним пищу больше, чем способен вынести язык. Недавно я видел хулиганскую надпись на стене "О чём невозможно говорить, о том следует молчать". Думаю, это про них.

Не знаю, в какой форме предстаёт перед вами моя прошлая мысль, но вчера, прямо посреди пустыни, навстречу мне из леса вышел человек, которого жизнь не устраивала, как форма существования, по причине отсутствия в ней чудес.

В глубокой надежде сообщать вам о многом, я вынужден прервать своё письмо. Солнце, в его безмерной и безразличной щедрости, скрылось за воображаемую линию, и пустынные демоны уже крадут мою ясность, заполняя внимание сюрреалистическим калейдоскопом прожитого, чаяний и бесконечных связей возможного.