Экспедиция Жизни и Смерти

Поэтому, когда он уселся рядом с Игнисом, никто особенно не удивился.

Корчмарь почти сразу оказался рядом – узнать, чего желает мистер. Мару сказал, что не голоден, после чего стал беспрерывно смотреть на стол. Некроманты тоже молчали, изредка переглядываясь. Мин наконец заметила, что за ее спиной возвышается массивная фигура Анубиса, и велела ему тотчас же выметаться и идти стеречь лошадей. Мару глянул на черного слугу, в глазах появился интерес, но спрашивать он ничего не стал.

– Откуда ты взяла для него мозг? – спросил Игнис, который удобно сидел как раз для того, чтобы проводить взглядом весь путь Анубиса до выхода.

– Это долгая история, – вздохнула Мин. – Я его собирала несколько лет по частям. Мозг выпросила у одного человека после его смерти – у нашего соседа. Артефакт для сохранения силового потока у папы одолжила, скелет мне подарил дядя. А дальше с телом я сама справлялась. Краску готовила по книге – очень удачно, кстати, вышло. И, я скажу, черный – весьма удобный цвет, если собираешь тело из разных частей.

– Мин, – Мару поднял на нее очень тоскливые глаза. – Пожалуйста, не надо сейчас про куски. Прошу тебя. Я и так из-за ваших лошадей совсем есть не могу. Ну хотя бы сейчас, а?

– Ладно, – слегка растерянно ответила Мин и перевела взгляд на Игниса: – Потом, хорошо? В дороге.

– Конечно. – Игнис наконец смог переключиться на еду, потому что разносчица принесла первые порции. За ней уже спешила вторая, и вскоре все некроманты пережевывали аппетитные куски мяса, заедая рисом или картошкой и запивая вкуснейшим компотом из сухофруктов.

Потом он вздохнул. Посмотрел на чинно отправляющую в рот кусок мяса Китару, так же чинно отпиливающего свой кусок Дарка. Опять вздохнул и отвернулся.

Через минуту Мару вздохнул снова. Три раза. Посмотрел на Мин, на Игниса.

– Переживаю я за нее, – поделился он сокровенным.

– За девушку в карете? – из вежливости спросила Китара. Она сомневалась, что правильно помнит имя, и решила не пробовать его озвучивать.

– Да. Ее зовут Вилисана, – добавил Мару, причем без обиды в голосе, просто сообщил. – Она плохо себя чувствует всю дорогу, мы отговаривали ее ехать. Она стоит на своем.