Экспедиция Жизни и Смерти

Это был крестьянин Сегой, один из тех людей, что жили еще в Эпоху Раздела – время, когда два народа не имели пути друг к другу. Когда из скалы вырвались полуживые камни, Сегой жил как раз неподалеку, и на его село они напали первым. Поговаривали, что мужчина спас уйму людей, хоть и потерял всю свою семью, а когда произошла первая встреча представителей разных краев, пожертвовал собой, чтобы отвести смерть от незнакомого солнечника. Многие считают этот момент началом международной дружбы.

На противоположной стороне в зеркальном приграничном поселке стоял памятник этому солнечнику.

После жертвы Сегоя он не стал возвращаться домой, примкнул к одной из групп, уничтожавших каменных големов в Туманном крае, и также совершил уйму благих дел.

И друиды, и некроманты знали про статуи, поэтому никто не стал читать лекций, все просто свернули направо, к корчме. Края площади пестрели торговыми палатками, но было решено сначала поесть, а уж потом, если очень захочется, прогуляться у палаток.

Как раз в тот момент, когда леди Листера раздумывала, где оставить шикарных лошадей Вилисаны, и случилась неприятность.

Постучав по стенке кареты и не получив ответа, учительница заглянула внутрь и тут же разразилась встревоженными оханьями.

Друидка была без сознания.

Едва справляясь с паникой, кинулся на помощь Аксель. Подбежала Мартина, спрыгнул с коня Мару. Мистер Кадо поинтересовался у старшей друидки, нужна ли помощь и серьезна ли проблема, кивнул и спокойно отошел в сторону. Своего коня он к общей коновязи не привязывал – просто отвел ближе к деревьям и оставил.

Мертвое животное встало как вкопанное, будто это было обтянутое шкурой изделие. Так же поступили и ученики.

– Не понимаю, зачем было ее брать, если она такая неженка? – спросил Игнис, входя внутрь заведения и оглядываясь на оставшихся на улице друидов. Они все бессмысленно толпились вокруг злосчастной кареты, в то время как леди Листера с Вилисаной находились внутри.

– Может быть, при этом она еще и гениальный целитель? – предположил Дарк.

– Она не неженка, – спокойно пояснил преподаватель. – У нее резкая неприязнь к темной силе. Если рядом кто-то колдует, поднимает мертвых, создает химералов, развоплощает нежить или что-то подобное, ей резко становится хуже.

– Тогда я вообще ничего не понимаю, – Игнис изменился в лице и даже будто расстроился, словно Вилисана была его сестрой. – Тем более – зачем? А вдруг она умрет?

– Все не настолько плохо, – с некоторой натугой ответил мистер Кадо.