Язык чар

Гвен собиралась объяснить сестре, что, если не случится какого-то финансового чуда, она застряла в Пендлфорде на ближайшее обозримое будущее, но реакция Руби так ее зацепила, что она сказала:

– Мне нравится. Здесь уютно. Как дома.

– Нет, – сказала Руби и вдруг побледнела.

Шутка уже не казалась ей забавной. Руби и в самом деле испугалась. Чудесно.

– А что? Думаешь, я стану докучать тебе? Ты живешь в Бате. Со мной тебе общаться необязательно. Не переживай, я тебя беспокоить не буду.

– Поверить не могу.

Ты действительно намереваешься остаться здесь? А не забыла, что этот город никогда тебе не нравился? Ты же ненавидела его.

Конечно, помню, я же не дура.

– Я его не ненавидела, – соврала Гвен. – И… может быть, пора уже остепениться. – Радовать сестру, делиться с ней озабоченностью по поводу своего бизнеса она не собиралась.

– Нет, правда, я и в самом деле не думаю, что это хорошая идея, – сказала Руби. – Я к тому, что мы еще поговорим об этом. Может быть, сейчас еще слишком рано что-то решать?

Ну вот.

Ее сестра-эгоистка с типичными для нее речами.

– Дело не в тебе, Руби. Я не могу принимать все важные для себя решения с оглядкой на тебя или принимая во внимание все то ужасное, что ты думаешь и говоришь обо мне.

– Я просто старалась быть честной.

Гвен почувствовала, что к глазам подступают слезы, и мысленно приказала себе не думать о споре с сестрой. Они не общались полтора года, но обиды не стерлись, эмоции не улеглись. Гвен по-прежнему воспринимала все слишком быстро к сердцу.

Именно поэтому и старалась держать дистанцию, о чем помнила с болезненной ясностью.

– Ты всегда думаешь только о себе. А как Кэти? Как я? Что у Дэвида с его бизнесом?

Гвен и хотела бы успокоить Руби, но несправедливость, недобросовестность сестры возмущала ее до глубины души. Опять это дерьмо. Глядя на Руби, она в какой-то момент поняла: ничего не изменилось. Никакая йога не повлияла на отношение сестры к ней. Руби по-прежнему считала ее антихристом в трениках, не доверяла ей и не желала ее присутствия в своей драгоценной жизни.

Обидно. Больно. Гвен моргнула. Вот почему с людьми лучше не сближаться – они поворачиваются к тебе спиной. А еще лучше наплевать на все. Она выпрямилась.

– Уходи, Руби.

– Мы не закончили, – возразила сестра. – Нам нужно наконец во всем разобраться.

– Я не просила тебя приезжать сегодня, ты сама решила. А теперь я прошу тебя уехать.

Руби отступила на шаг.