Что, если мы останемся

Если злобный взгляд Адама его не прикончит.

– Мне очень жаль, Адам. – Я медленно подошла поближе. – Этому учатся обычно еще в средней школе. Травля – отвратительная штука, но что я могу точно сказать: железные яйца не у палача, а у жертвы…

– Твои на месте?

– Оставь свои комментарии при себе. Я сюда не напрашивалась, – отрезала я.

– Да, конечно! – усмехнулся он. – Папа, должно быть, сильно постарался, чтобы перевести тебя сюда в середине семестра, верно? Что же ты натворила? Дай угадаю. Кокаиновая вечеринка на чьей-то роскошной вилле? Застукали и выгнали? А папаша далеко, да? – Он посмотрел на меня с таким презрением, что по спине пробежал холодок.

Ну уж нет, с меня хватит.

– Рот закрой. – Не сводя с него взгляда, я приблизилась вплотную так, что он попятился. Голоса вокруг становились все громче.

– Эй, хватит. Сцепились…

– Детский сад какой-то.

Я заткнулась. Хотя мне было еще что сказать, а лучше врезать. Но тогда бы я прослыла не просто избалованной, но еще и психически неуравновешенной профессорской дочкой. Я вздрогнула, когда кто-то схватил меня за запястье. Не говоря ни слова, Эммет потащил меня прочь. Я пыталась вырваться, но его хватка была на удивление крепкой.

– Что за фигня? – прорычала я.

– Идем отсюда. – Он даже не взглянул на меня, пока тянул за собой сквозь толпу. Через несколько шагов он отпустил мою руку.

Я не могла объяснить, почему я пошла за Эмметом, но он в тот момент излучал такую уверенность, что мне и в голову не пришло сопротивляться. Как утенок за мамой-уткой, я следовала за ним, когда он повернул за угол. Вдоль стены стояли необычного дизайна металлические шкафчики. Перед одним из них Эммет остановился и оценивающе посмотрел на мои балетки.

– Сороковой, самое большее сорок первый, так?

– Ты о чем? – Он точно не в своем уме.

– Твой размер обуви.

– Ах вот оно что. – Я остановилась и тоже посмотрела на свою обувь. – Ну да, сороковой.

Кнопки электронного замка коротко пикали, пока Эммет набирал код. Рывком открыл дверцу и запустил внутрь руку. Я молча смотрела на него, точнее на черные кеды Vans, которые он швырнул перед собой и присел, чтобы развязать шнурки на своих ботинках.

– Они должны тебе подойти.