Сильнее желать невозможно

В мерцающем свете фонарей его кожа казалась упругой и золотистой, освещение лишь подчеркивало мускулистую спину, грудь, мощные плечи, бицепсы и плоский живот. Она поймала его пристальный взгляд, у нее пересохло во рту, а сердце ускорило ритм. Ей так хотелось почувствовать его руки. И губы на своих губах. Она слишком хорошо помнит его поцелуи. От этих воспоминаний дрожь прошла по всему телу, наполняя нестерпимым желанием.

Вздрогнув, она поняла, каким возбужденным взглядом смотрит на него, и тут же отвернулась, склонившись над лошадью, чтобы обработать рану.

Щеки горели от смущения. Она продолжила трудиться и потеряла счет времени, а когда взглянула на часы, обнаружила, что уже два часа ночи. Прошло еще десять минут. К ней подошел Люк, дотронулся до ее руки так же, как это сделала она сегодня утром, когда он чуть не застрелил лошадь.

– Мне кажется, на сегодня хватит.

– Люк, здесь еще остались лошади, которым требуется помощь. Я не хочу останавливаться.

– Неужели ты не устала?

– Устала, но еще могу поработать и хочу продолжить.

Он внимательно посмотрел на нее и кивнул:

– Ладно, еще немного.

Люк ушел, Скарлетт вернулась к работе.

Через некоторое время он снова появился и положил руку ей на плечо.

– Скарлетт, уже поздно.

Его голос был хриплым, рука слегка сжала плечо.

Она взглянула на него и покачала головой:

– Я не могу все так бросить.

– Можешь, хотя бы ненадолго. Поспи пару часов, пока не взошло солнце. У меня в машине есть одеяло.

Люк был обнажен по пояс, слишком привлекательный, слишком сексуальный, слишком красивый.

С возрастом он стал выглядеть только лучше. Ее взгляд оказался прикован к его губам, к ней вернулись обжигающе горячие воспоминания о том, как эти губы целовали ее.

– Ты все помнишь, так же как и я, – заметил он хриплым голосом, который словно ласкал ее.

Глубоко вздохнув, она встретила его взгляд, ее щеки горели.

– Да, помню, но это ничего не значит. Все в прошлом.

– Боишься поцеловать меня, Скарлетт? Раз это ничего не значит.

– Не пытайся спровоцировать меня на то, чего я не собираюсь делать.

Она злилась и на него, и на себя, потому что да, хотела обнять его и поцеловать. Хотя и понимала, что не стоит.

– Ладно, Скарлетт, возвращайся к делам. Я тоже поработаю. Вернусь через полчаса. Если захочешь закончить раньше, просто дай мне знать.

– Конечно.

И Скарлетт вернулась к работе. Усталость одолевала ее, но она не хотела останавливаться.